Двор короля Гунальда принял их тоже очень сдержанно, даже несмотря на то, что король очень тепло, хотя и не слишком искренне поздоровался с сестрой. Но очень быстро Адель поняла что за эти полтора года во дворце произошли разительные перемены. Королева Филиция, за время отсутствия золовки, прибрала к своим холеным маленьким рукам всю власть при дворе и по слухам начала даже вмешиваться в политику. Гунальд же предпочитал не вступать в конфликты с супругой и старался как и прежде побольше времени проводить вне дома. Поговаривали что даже самочувствие у короля ухудшается, если он проводит с женой более одного часа в день. Зато в остальное время Гунальд был бодор и весел. Теперь подлинной страстью все еще молодого короля вместе с охотой стали женщины. Женщины прекрасные и доступные. Едва встретившись с Аделаидой Гунальд снова уехал на так называемую охоту, бросив свою маленькую сестру саму сражаться со злой улыбающейся в лицо, но кусающей в спину толпой. Несколько дней молодая женщина просто приходила в себя после тяжелой дороги, но потом начала примечать не слишком для себя приятные мелочи. Поселили ее в западной башне, в небольших и даже не смотря на начало лето холодных, покоях. Через слуг ей было сказано, что ее прежние, так любимые с детства апартаменты были заняты. Хотя как узнала леди Марика, это было не так. А уж когда несмотря на настоятельные просьбы молодой вдовы ей так и не вернули ее прежних вещей, оставленных во дворце: платья, драгоценности и даже подарки первого мужа и брата, Адель поняла что ей объявили войну. Впрочем оставаться здесь она и не собиралась. И ждала лишь приезда Амандо, дабы вместе с ним покинуть это змеиное логово. Но увы, человек предполагает, а бог как говориться, располагает. И мечтам молодой женщины не суждено было сбыться. Совсем скоро ей рассказали «доброжелатели» о том, что Амандо вот уже почти год как женат. И женат он был на одной из богатейших наследниц королевства – дочери графа Леонского. Услышав эту новость в общем зале Адель едва не упала на вычищенный до блеска кафельный пол и лишь неимоверным усилием взяла себя в руки и поблагодарив болтливую леди за внимание удалилась с высоко поднятой головой. Лишь вечером графиня принесла подробности. Оказалось что астурские приключения Амандо по похищению жены герцога наделали много шума. Гунальд узнав, что за его спиной кузен не только дезертировал из действующей армии, но и ввязался в откровенную авантюру, пришел в бешенство. Сам-то он ничего не сделал что бы спасти сестру и его авторитет как галантного непобедимого рыцаря, защитника слабых заметно упал. Во гневе король приказал бросить Амандо в темницу как дезертира, но после настойчивых просьб знати решил обезопасить себя в дальнейшим и связал кузена более нерушимыми цепями – цепями брака. Прямо из темницы герцог Альба отправился на собственную свадьбу, а позднее в почетную ссылку в Леон, без права покидать земли графства. Дочь графа Леонского – толстая Нан, вот кто стоял рядом с Амандо у алтаря, вот кто делит с ним радости и беды и …. постель. Пару месяцев назад новоиспеченная герцогиня Альба подарила супругу дочь. Услышав эту новость Адель зажмурилась. Кто бы мог подумать что еще два года назад королева Аквитанская взяла под свое крыло эту чрезмерно полную молодую леди. Анабель или Нан, как ее называли, была милой, беззлобной, общительной не слишком юной девушкой. Она как никто другой понимала, что с богатством ее отца ей не обязательно быть красавицей и ни сколько не комплектовала по поводу своей полноты. Адель частенько ее жалела, а вот теперь жалеют ее. Утром молодую вдову ждало еще одно разочарование. Во дворец прибыл граф Треньяк, отец Гуля. Пожилой лорд уже знал о смерти единственного сына и о его женитьбе. На людях он очень почтительно отнесся к невестке, дабы никто не усомнился в законности брака, но его холодный презрительный взгляд не предвещал для Лили ничего хорошего. Не смотря на протесты врача и просьбы уже сильно беременной женщины он увез новоиспеченную виконтессу в родовое имение. Аделаида тяжело перенесла отъезд подруги, тем более что сразу после этого и баронессу Ансо забрали родственники. Увидев дочь пожилая женщина произнесла ее имя, это было первое слово за все время их плена.
– У нее все наладиться, – произнесла леди Марика и вывела Адель и зятя баронессы в другую комнату. – Пусть поговорят, им с дочерью есть что обсудить.
