К этому моменту к флагманскому кораблю капудап-паши успел подойти «Твердый». Свиньин, находившийся на борту этого корабля, восторженно рассказывает, как «Твердый» «летел на всех парусах, палил с обоих бортов» и искал «гордого сопротивника — мочнаго капитан-пашу», как в тумане показался «кровавый флаг Али», как, поравнявшись с турецким флагманским кораблем, «Твердый» «дал целым бортом залп». «Онемение на несколько минут неприятеля показало, сколь разрушителен был удар сей». Рапорт капитана 2 ранга Рожнова, написанный гораздо более сухим, лаконичным и точным языком, чем мемуары дипломата Свиньина, подтверждает, что «Твердый» воспользовался вынужденной задержкой Сеид-Али у входа в Дарданеллы и атаковал его. При этом «Твердый» подошел так близко к турецкому флагману, «что реи с реями почти сходились» 7.
Сеиявин, учитывавший опыт предшествовавших войн с турками, стремился в первую очередь нанести удар по флагманам. Не случайно он искал корабль капудаи-паши. Но, атакуя его, «Твердый» вынужден был приблизиться к европейскому берегу Дарданелл и оказался, наконец, у самой крепости. А пока он поворачивал на обратный галс, Сеид-Али вновь устремился в пролив.
♦Поворот через фордевинд — поворот, при котором лиция ветра пересекается кормой корабля.
«Села фа ил» в третий раз успел пройти у него за кормой и поразить его продольным залпом, после чего капудаи-пашинекий корабль, сильно избитый, укрылся в Дарданелльском проливе.
Продолжая бой, «Селафаил» подошел под корму другого турецкого корабля, также идущего к проливу, и сделал несколько залпов. Искусно маневрируя и часто меняя
Когда флагманский корабль Сеид-Али укрылся в проливе, «Твердый» устремился на один из двух кораблей, шедших под вице-адмиральским флагом. По словам Свиньнна, бой с этим кораблем продолжался «до самой невозможности» и причинил противнику немалые потери.
С одним из вице-адмиральских кораблей вел бой н «Уриил», подошедший к противнику около 19 часов. В ходе боя турецкий корабль сошелся так близко с «Уриилом», что сломал об его такелаж свой утлегарь 81. Панафидин выражает недоумение по поводу того, что командир «Уриила» Быченский не воспользовался таким сближением с турецким флагманом, чтобы схватиться с ним на абордаж. Мысль была совершенно ложная, высказывает свою догадку Панафидин, что турки зажгут своп корабль, уничтожив таким образом и абордирующий их русский корабль 8.
Быченский дал иное объяснение своим действиям.
В рапорте Сенявину он писал, что решил отойти от находившегося рядом с ним флагманского корабля для того, чтобы уступить место идущим сзади «Селафаилу», «Ярославу», «Елене» и «Скорому». Так или иначе, удобный момент для абордажа был упущен.
Корабль «Сильный» вел бой последовательно с двумя приближавшимися уже к проливу флагманскими кораблями, причем по каждому из них было дано по нескольку залпов. Более продолжительной была перестрелка «Сильного» с нефлагманеким кораблем турок. Чтобы приблизиться к этому кораблю, капитан-командор Игнатьев, который командовал «Сильным», приказал поворачивать’ оверштаг 82 83. Но «по тихости ветра, скоро поворотить не могли». Воспользовавшись этим, турецкий корабль усилил огонь, причем прямым попаданием ядра в голову был убит Игнатьев. Принявший командование капитан-лейтенант Шишмарев приказал сблизиться с турецким кораблем. «Сильный» преследовал его неотступно даже после того, как попал под огонь береговой артиллерии. Лишь с наступлением темноты он прекратил преследование и пошел на соединение со своим флотом9.
Преследуя турок, русские корабли вели бон по способности. То спускаясь, то приводясь к ветру то убавляя, то прибавляя парусов, они часто заходили кораблям противника под корму (и реже с носа) и поражали их продольными залпами. Русские смело атаковали противника, несмотря на то, что при этом они попадали под огонь береговых батарей, а иногда оказывались среди неприятельских кораблей и вынуждены были сражаться на оба борта. На оба борта сразу сражались «Твердый», «Скорый» и «Мощный». Из шканечного журнала 84 «Елены» мы узнаем, что она вошла в интервал между двумя турецкими кораблями и палила по ним с обоих бортов. В журнале говорится, что и другие русские корабли действовали так же, «преграждая им (туркам. — А. Ш.) путь»10. Благодаря действиям русской эскадры, не все турецкие корабли смогли до наступления темноты спастись в проливе. Уклоняясь от атак, некоторые из них приткнулись к мели у азиатского берега.
