7 мая в б час. 30 мин. пост наблюдения подал сигнал, извещающий о том, что в проливе снимаются с якоря один линейный корабль и один фрегат. Вслед за ними снялись с якоря и стали выходить остальные турецкие корабли. К 11 час. 45 мин. флот противника уже находился в Эгейском море, причем 9 более крупных боевых кораблей стали на якорь, а остальные находились под парусами.
Получив первые донесения о выходе противника, Се-нявин приказал всей эскадре приготовиться к походу. Личному составу, находившемуся на острове, было приказано немедленно явиться на корабли. В 11 час. 45 мин. командующий созвал командиров кораблей на военный совет, после которого эскадра снялась с якоря и ушла к острову Имброс. В рапорте царю Дмитрий Николаевич писал, что, предпринимая этот маневр, он «имел в предмете... дать неприятелю более способу устремиться на остров (Тснедос. — А. Ш.) и тем самым отвести его далее от пролива». Сенявин хотел воспользоваться обычными в этом районе в это время года северными ветрами, чтобы, обойдя остров Имброс, «выйти у неприятеля на ветр, отрезать его от пролива и атаковать».
Приняв решение об уводе эскадры, Сенявин ио-преж-нему был уверен в том, что туркам не удастся быстро овладеть крепостью. И эта уверенность полностью оправдалась. Больше того, противнику не удалось даже высадить десант на остров. 8 мая турки дважды пытались зацепиться за берег, но оба раза были сброшены в море русскими мушкетерами и гренадерами 7.
Блокада Дарданелл осуществлялась в трудных условиях. Русский флот располагал меньшим количеством кораблей и значительно худшей ремонтной базой, чем заблокированный им флот турок. К тому же турецкие корабли располагали в Мраморном море достаточно ши-
роким водным районом, чтобы систематически проводить учения и совершенствовать свою боевую подготовку. В этом отношения они находились в гораздо более выгодных условиях, чем -корабли французов, подвергавшиеся во время наполеоновских войн английской блокаде в портах с ограниченной акваторией 76. База русских блокадных -сил находилась у самого побережья противника и под постоянной угрозой нападения. Необходимость защиты Тенедоса до известной степени сковывала свободу маневра эскадры. Все эти трудности необходимо учитывать при оценке организованной Ссиявиным блокады Дарданелл.
Русские и западные (особенно английские) флотоводцы добились во второй половине XVIII и в начале XIX века серьезных успехов в организации и проведении блокады. Но им далеко не всегда удавалось полностью прервать сообщения с заблокированным портом и предотвратить прорыв блокады. Сенявииу же удалось наглухо закрыть для судов противника Дарданелльский пролив. Достигнутый им успех в значительной степени объясняется удачным выбором позиций для дозорных кораблей у самого входа в пролив и постоянной готовностью главных сил в любой момент поддержать блокадный дозор.
Сенявин лучше, чем кто бы то ни было до него, решил такую трудную задачу, как принуждение противника к бою с помощью хорошо организованной блокады. С точки зрения развития военно-морского искусства, это является наиболее интересной особенностью блокады Дарданелл в 1807 году.
ГЛАВА XXI
Сенявину не удалось обогнуть остров Имброс и отрезать турецкий флот от Дардамелл. Сначала штиль, а затем противные ветры задержали русскую эскадру у западных берегов Имброса на двое суток. А так как на больший срок опасно было оставлять гарнизон Тенедоса без поддержки флота, Дмитрий Николаевич решил вернуться. Утром 10 мая эскадра уже возвратилась и, стоя на якоре у Тенедоса, вела энергичную подготовку к бою. В 7 часов на флагманский корабль Сенявика были собраны на совещание командиры кораблей, а тотчас же вслед за ними командующий собрал комиссаров, ведавших материальным обеспечением боя.
С утра дул легкий северо-западный ветер, и турецкая эскадра занимала по отношению к русской наветренное положение. По словам Сенявина, ветер был «самый удобный атаковать туркам нас, буде бы они были к тому расположены». Но командующий турецким флотом Сеид-Ал и не был расположен атаковать русскую эскадру. Тогда Сенявин сам атаковал турок, как только выиграл ветер. Когда около 13 часов задул свежий юго-западный ветер, он подал сигнал «приуготовиться к походу как возможно скорее». Последовавший затем (около 14 часов) 1 сигнал «построиться в линию баталии» был выполнен очень быстро: уже через полчаса вся эскадра была под парусами в ордере баталии и следовала к турецкому флоту.
Помня, какую роль в сражении у мыса Калиакрия сыграл созданный Ушаковым резервный отряд из фрегата
