Дрейк не понимал, почему Козицын приказал «Сисою» прикрыть собой «Йорктаун», хотя он бы мог тем самым выиграть еще несколько минут обороны. Но это мало беспокоило «Короткую ногу» — русские очень странно иногда себя вели, и некоторые их действия просто не поддавались логике. Однако даже когда «Сисой Великий» занял место американского крейсера, ситуация для Дрейка не особо улучшилась. Линкор как завороженный стоял и не двигался с места, а за его широкими бортами остальные вымпелы 3-ей «линейной» русской дивизии уже готовились войти в портал…
— Да испепелите же вы, наконец, этот гроб! — закричал Дрейк на своих канониров, которые и так старались это сделать с линкором как можно быстрей, только у них никак не получалось.
— Сэр, от «Сисоя Великого» отделилась палубная эскадрилья МиГов и уходит в направлении остальных кораблей дивизии, — сообщал между тем оператор. — Странно, но с другой стороны к русскому линкору от крейсера «Аврора» идет группа десантных модулей…
— Козицын оставляет свой бывший флагман в качестве заградительного отряда! — догадался Итан Дрейк и со всей силы топнул короткой ногой по полу отсека. — Он знает, что линкор, как и космическую крепость, практически невозможно уничтожить извне огнем батарей. Его можно только захватить штурмом, поэтому напоследок решил усилить команду «Сисоя Великого» дополнительным отрядом морской пехоты… «Раски» как всегда решили умереть героями…
В этот момент кольцо перехода уже озарилось белым холодным цветом и в нем постепенно стали растворяться четыре силуэта боевых кораблей.
— Вход в систему четырех единиц… Боевые вымпелы: «Бородино», «Аврора», «Баязет» — 3-я «линейная» дивизия… Замыкающим — идентифицирован тяжелый крейсер «Йорктаун» — 10-я «линейная» 6-го «ударного» флота АСР — статус: «военнопленный», — голос Алексы раздавался в тишине командного отсека, когда все находящиеся в нем смотрели на только что прибывшие корабли на экранах и тактической карте.
— Слава Богу, хоть комдив выбрался, — я облегченно вздохнул и улыбнулся Якиму, когда услышал название флагманского крейсера. — Козицын действительно совершил невероятное. В тех условиях, куда его забросила нелегкая, адмирал сделал больше, чем невозможное. Пока такие флотоводцы, как Василий Иванович, есть в нашем Черноморском флоте, у того существует шанс на победу!
— Наш брат казак, от такой, — прищурился Наливайко, напоминая, что комдив родом из казачьей колонии системы Кавказ, — если уж взялся за дело…
— Не продолжай, — остановил я своего словоохотливого друга, — эту мелодию шарманки я уже слышал… Дай лучше перекинуться хотя бы парой слов с вице-адмиралом, пока командующий снова меня не опередил… Алекса, свяжись с мостиком «Авроры»…
— Выполняю, — отозвалась помощница, — соединение завершено…
Передо мной на экране вместо Василия Ивановича показалось незнакомое лицо.
— Капитан второго ранга Серебров, — представился офицер, хотя я прекрасно эту информацию видел и на его нагрудном жетоне и на мониторе, — командир крейсера «Аврора», слушаю господин контр-адмирал…
— Капитан, мне хотелось бы увидеть вице-адмирала Козицына, — я немного растерялся тому факту, что Василия Ивановича не было в этот момент на мостике.
Неужели ранен⁈
— Мне бы тоже хотелось его видеть рядом, — грустно произнес Серебров, — к сожалению это невозможно… Адмирал Козицын остался по ту сторону портала…
Я не ожидал такого ответа, от только что испытанной радости не осталось и следа. Не могло ее вернуть даже осознание, что основные дредноуты 3-ей дивизии уцелели и выскользнули из ловушки. Что же случилось с ее командиром?
— Мы пытались, Александр Иванович, — вроде как старался оправдаться кавторанг, — и я, и командир «Бородино»… Но вы не знаете нашего комдива, если старик что-либо задумал, то на свете нет силы, которая могла бы его остановить…
— Как раз эту самую силу, я и имею в виду… Именно тупую физическую силу нужно было применить в этом случае! — не совладал я с эмоциями, и почему-то повысил голос на Сереброва. — Вы кто, старший офицер или зеленый лейтенант⁈ Понимая, что командир принимает неадекватное ситуации решение, вы должны были взять командование кораблем и всеми находящимися на нем людьми на себя и силой не давать Козицыну покинуть борт!
— Господин, контр-адмирал, — кавторанг опустил голову, — вы не понимаете…
— Черт бы вас подрал! — я все больше распалялся и вымещал сейчас негодование на бедняге Сереброве, у которого кошки скребли не меньше, а тут еще я в качестве морализатора. — Промолчав и ничего не сделав, вы лишили собственное подразделение лучшего дивизионного адмирала флота!
Может я был не совсем объективен, но в данный момент действительно считал Василия Ивановича — первым комдивом Черноморского флота, Самсонов и Белов даже рядом не стояли после того, что совершил Козицын.
Серебров продолжал молчать, начиная еще больше винить себя в случившемся, а я, наконец, успокоился и попытался адекватно оценить ситуацию.
— Командир был жив, когда вы покидали систему? — задал я вопрос кавторангу.
