Чёрный ящик дал мне очень ценную информацию. На записи, которая длилась всего несколько минут, наш маленький корабль, попав в западню, сначала успешно маневрировал между огромными османскими и американскими крейсерами. Да, рядом с османами находились именно американские корабли, это я прекрасно видел и без дополнительных данных. Формы и отличительные внешние характеристики боевых кораблей иностранных держав были хорошо известны всем офицерам нашего флота. По такому видео даже курсант мог бы легко разобраться, кто здесь кто. Я машинально стал подсчитывать количество и тех и других.
Всего на записи сканерами «Зоркого» были обнаружено девятнадцать целей. Большинство явно принадлежали флоту султана Селима. Аппаратура эсминца не могла распознать их названия и характеристики, так как вероятно на кораблях противника вовсю работали системы РЭБ. Однако один корабль я всё же узнал…
Во время скоротечного боя, где лучи выстрелов вражеских орудий прошивали броню нашего корабля со всех сторон, я заметил, как экран заполнила тень огромного дредноута. Единственный выстрел из его главного калибра разорвал корпус «Зоркого» и уничтожил всех, оставшихся на его борту. Я хорошо разглядел место на корпусе, где находилась выстрелившая орудийная платформа, и в отблеске плазмы смог по внешним особенностям корпуса определить, кто был убийцей нашего эсминца.
— Теперь мне известно, какой корабль погибнет от моих рук в этой войне одним из первых, — сказал я, снова и снова перематывая запись последних секунд видео, чтобы окончательно удостовериться в своей догадке. — Это — «Абдул Кадир»…
— Что?! Не может быть! — воскликнула Наэма, всматриваясь в экран. — Тот самый?! Как вы определили это, шеф?
— Сомнений быть не может, — утвердительно кивнул я, даже не став доказывать очевидное. — Однако, сейчас не об этом… Главное, мы имеем данные о массовом вторжении на нашу территорию значительного вражеского контингента. Теперь нужно определиться, что нам делать и в какой последовательности…
— Эх, жаль, что мы упустили эти три корабля, — опечалилась майор. — Захватили бы один из них, и узнали бы, куда вся эта армада движется.
— Заметьте, никто из данных трёх кораблей не «побежал» в направлении перехода на «Мадьярский пояс», — вставил слово Густав Адольфович. — А ведь это, самое безопасное место для того чтобы спастись от преследователей… Прыгнул в нейтральную систему, и всё…
— З — значит ТС, уже зах-хвачена, — кивнул Дорохов.
— Браво, светлая половина головы, — подшутила над его словам, Наэма. — Даже ребёнок догадается, что таможня уже в руках врага…
— Да, к искомому переходу мы опоздали, — согласился я. — А «побежали», как вы выразились профессор, османы не туда, лишь потому, что их основная эскадра находится совсем в другом месте. Эти трое караулили нас у останков «Зоркого». Верней, не конкретно нас, а любой другой корабль, который бы пошёл на поиски пропавшего эсминца. А вот куда делись остальные их боевые товарищи?
— Известно куда. Уже спешат к Тире-7, — уверенно сказала Наэма.
— Не думаю, — ответил я. — Что, они там забыли?
— В смысле?! Там находится «Измаил», и Тира — главная планета системы с наибольшим количеством колонистов…
— Для врага, главное сейчас взять по контроль основные межзвёздные переходы, — пояснил я.
— Да, первым делом надо защитить переходы, — кивнул Гинце.
— Тогда, к какому из них нам двигаться? — спросила Наэма. — В «Бессарабии» их шесть…
— Алекса, задача: проложить кратчайший маршрут до «Измаила», — обратился я к своему старшему помощнику. — Возвращаемся назад, как можно быстрей…
— Вы, в очередной раз ломаете мне мозг, шеф! — непонимающе воскликнула майор Белло. — Только же сказали, что врага там нет…
— Адмирал-паша союзников, на борту! — голос электронного секретаря, дублированный личным переговорным устройством, разнёсся по просторному ангару линкора.
Вице-адмирал Фрэнк Корделли поморщился, когда услышал своё звание, произнесённое на подобный, непривычный для его слуха, манер.
— Пахнуло восточными пряностями, — без улыбки пошутил он, обращаясь к своему адъютанту, шедшему на два шага позади него.
Оба они в это время выходили из офицерского шатла, только что причалившего к одному из пирсов «Абдул Кадира». Здесь американцев уже ожидала внушительная делегация из почётного караула и старших офицеров османского линкора. Встречающие были облачены в расшитые золотом парадные мундиры, будто это был не рядовой визит, а прибытие на борт самого султана. Ничего не поделаешь, османы не были бы османами, не уделяй они внешней атрибутике особого внимания.
Корделли был приглашён на борт «Абдул Кадира» капудан-пашой Яманом Каракуртом — командиром этого легендарного корабля. Странно было наблюдать, как двухзвёздный американский адмирал принимает приглашение от обычного капитана, к тому же ещё и флота союзного государства. Максимум в подобном случае, это Корделли бы уделил несколько минут своего времени разговора по видеосвязи с этим османским офицером, не более того. Однако то был другой случай.
