25 март 1799 года Павел I своим указом «…пожаловать соизволил вице-адмирала Ушакова за покорение всех похищенных французами прежде бывших Венецианских островов и взятие последнего из них острова Корфу с крепостями, укреплениями и военными кораблями, в адмиралы» (Документы, т.2, док.333). Мы не случайно приводим полный текст указа, поскольку в настоящее время, практически, все историки ошибочно считают, что Ушаков получил звание адмирала только за взятие Корфу. Как видим, совсем нет. Он получил это высокое звание за покорение всех Ионических островов.
Известно, что Порта предписала первоначально пашам Янины, Влера, Дельвины и Шкодры отправить на объединенные эскадры 12–14 тысяч человек в качестве десантных войск для овладения островами. Полоса Ионического побережья – бывшая венецианская Албания: Бутринто, Парга, Превеза, Воница, примыкающая к указанным провинциям в то время была захвачена Францией. Однако с давних пор эти города находились в тесной экономической и политической связи с Ионическими островами (400 лет). На эти города и округа претендовал сильнейший из местных пашей Али-паша Янинский. С началом войны между Портой и Францией Али-паша, недавний почитатель и корреспондент Бонапарта, совершил внезапное нападение на французские войска в крепости Никополь вблизи Превезы. Таким образом, соединённые эскадры на море и Али-паша на берегу начали практически одновременные военные действия против французов.
12 октября 1798 года албанские войска Али-паши почти полностью вырезали гарнизон никопольской крепости. Для французской победоносной армии это был случай беспрецедентный. Окрыленный успехом Али-паша решил, что он самостоятельно способен овладеть не только прибрежными венецианскими городами, но и близлежащими островами Св. Мавры и Корфу. Однако тут в его замыслы вмешались Ушаков и Кадыр-бей.
Еще 19 октября 1798 года Ушаков и Кадыр-бей посылают письмо жителям Парги, Превезы и других прибрежных селений о принятии их под покровительство России и Турции. Тут же они отправляют письмо Али-паше с разъяснением своей позиции, с просьбой принять под своё покровительство «береговых жителей» на тех условиях, которые им обещаны адмиралами. Через неделю, однако, выясняется, что Али-паша после взятия крепости Никополь ворвался со своими войсками в Превезу и произвел жестокое избиение большого количества жителей, подозреваемых в сотрудничестве с французами. Депутаты Парги и других городов, поняв, что, то же самое может случиться и с ними, бросились за поддержкой к Ушакову. И Ушаков, посоветовавшись с Кадыр-беем, решает «взять под защиту Паргу». Он отправляет туда отряд своих и турецких войск, несколько орудий и одно военное судно. Кроме того, в достаточно резких выражениях, – требует от Али-паши освободить плененного в Превезе российского консула майора Ламброса (оказался в Превезе проездом с о. Мальта). В противном случае обещает сообщить о поведении Али-паши его султанскому величеству и его императорскому величеству. Можно только догадываться о внешней реакции на это Али-паши. Однако внутренняя реакция отразилась в последовавших событиях.
Страсти продолжали накаляться и в первых числах ноября. Ушаков, понимая непредсказуемые политические последствия ситуации, между 6 и 10 ноября сообщает о событиях Управляющему коллегией иностранных дел Ф. В. Растопчину, а также императору Павлу I. Он сообщает, что не получал политических инструкций относительно береговых венецианских владений, а имеет указания только относительно островов. Фёдор Фёдорович ходатайствует о покровительстве России над городами, хотя фактически он сам такое решение уже к тому времени реализовал. Данный факт в очередной раз говорит о том, насколько исполнительным и точным был Ушаков-политик. Он очень точно чувствовал, где дело его – военного. Никакого самовольства, никаких экспромтов в политических вопросах.