– Вы погибли тридцать первого марта вместе с командой флагмана, «Петропавловск» подорвался на своих же минах во время учебного выхода. Другие адмиралы вашим авторитетом не обладали и уступили инициативу японцам. Как Порт-Артур был блокирован с суши японскими войсками, корабли эскадры были потоплены осадными орудиями на рейде. Позже подняты японцами, отремонтированы и введены в строй. Дальше Стессель подождал несколько месяцев, и в тысяча девятьсот пятом году капитулировал. При запрете из столицы, что он имел на руках. Поэтому я и решил тут повоевать, сделал документы, дипломы об окончании мореходного училища, всё же мои настоящие документы тут недействительны, а дальше прибыл сюда. Первым делом ликвидируя предателей. Сначала генералов Фока и Стесселя, чуть позже адмиралов Старка и Алексеева. Именно они сделали всё, чтобы Россия проиграла. Даже суды потом были над предателями. Тремя, Алексеев денег от японцев и британцев не получал, он просто идиот, что сознательно развязал эту войну своими действиями. Впрочем, все трое получили слабые наказания, вскоре те проживали на заработанные у японцев деньги в своих имениях. Там они не понесли наказания, тут этого не избежали.
– Вы вот так просто говорите об том, что отдали приказ убить высокопоставленных чинов?
– Ничего в этом такого не вижу. Я бы и Николая Николаевича, дядюшку императора, не тронул. Однако тот разваливал армию, выдавал секреты противнику, чтобы противник побеждал, это было нужно для того, чтобы вызвать недовольство Николаем и сместить его, чтобы люди пошли за заговорщиками. Он пытался и во флоте, коим я командовал, свои интриги плести, чем привлёк моё внимание и предрешил свою судьбу.
– Вы командовали флотом?
– Воздушным. Огромные левиафаны-дирижабли, скорость до семидесяти морских узлов. Жаль, от погоды сильно зависимы. Они с сотней тяжёлых бомб на борту с высоты пяти километров сбрасывали бомбы на броненосцы, дредноуты и линкоры, крупнейшие боевые корабли, и топили, а те ничего сделать не могли. Поэтому и была очищена Балтика и взяты Проливы.
– А ваша супруга?
– Да, когда я стал командующим, то разрешил брать девушек на службу. Немало дворянок получили чины и награды, служа в моём флоте. На фото моя супруга в чине мичмана, она была вахтенным офицером на флагмане воздушного флота «Орёл», совершила девять боевых вылетов в тыл противника. За эти вылеты было уничтожено более трёхсот артиллерийских орудий, склады, штабы армий и корпусов на Северном фронте. Немцы окружили Ригу, вот и помогали ночами войскам в полуокружении держаться. За это и получила «клюкву» от Николая. Первая награда из пяти. Позже, когда Ольга стала капитаном второго ранга и командовала дирижаблем «Народный мститель», там был полностью женский экипаж, его под Веной атаковали два британских, хотя видели, что это союзник, и сожгли. Девчата прыгали на парашютах. Это такая система спасения, они сейчас уже известны. Треть девчат погибло. Я не мог не отреагировать. В течение месяца неизвестные уничтожили все дирижабли Британии, а также взорвали верфи, где их строили, а экипажи тех двух дирижаблей были найдены мёртвыми. Им всем отрезали головы и сложили кучкой. Николай этой местью тоже был недоволен, но доказать не смогли, что я причастен.
– Вы чудовище, – с чувством выдохнул посланец.
– Разве? Я только отвечаю, всегда только отвечаю. Да, жёстко, может быть и жестоко, но отвечаю на действия других. Знаете, как я вижу политиков России? Они снимают штаны, наклоняются и раздвигают ягодицы, чтобы другим странам удобнее было их иметь. И вы сейчас ведёте себя так же, как дамы лёгкого поведения – кому бы дать. И Николай от вас ничем не отличается. Его так воспитали, чтобы всем давать. Так вот, я предпочитаю быть с другой стороны, тем, кто имеет, а не тем, кого пользуют.
– Вы тянете время, – вдруг сказал Макаров.
– А вы умны, – посмотрел я на того. – Да, мой брат и наши дети уже готовятся к эвакуации. Хотя она уже завершена, сейчас те в прикрытии, чтобы я смог спокойно покинуть штаб, на этом мы эвакуируемся. Не вижу дальнейшей службы в составе флота. Да и не дадите вы нормально немцев… э-э-э, японцев бить.
– Значит, вы дезертируете?.. – начал было посланник, но вдруг побледнел и замер в кресле.
А всё дело в том, что в моей руке появился чёрный пистолет, с лёгким хлопком выстрелил, и тот почти сразу замер.
– Это что? – разглядывая красный хвостик дротика, что торчал в груди посланника, спросил Макаров.
– Дротик со снотворным почти мгновенного действия. Спецразработки США для нейтрализации буйных психбольных, – пояснил я, перезаряжая оружие, оно однозарядное. – Проспите часов пять.
– Погоди… – хотел что-то сказать адмирал, но уткнулся лицом в столешницу.
Перезарядив пневматический пистолет, я покинул кабинет, сообщив адъютанту адмирала, он же секретарь:
– Адмирал с генералом общаются, пока не заходите. Минут через пятнадцать чаю им.
