– Ну, если десять пар, то по 3 евро за штуку, – араб уже что-то начинал подсчитывать в уме, наивно полагая, что Антон может заинтересоваться выгодным предложением.
Антон мерил на себе одну пару очков за другой, иногда забывая, вернуть на место на стенде те или иные очки. Через полчаса на его голове красовалось шесть разных пар очков, на шее было ещё четыре пары и в каждой руке он держал по паре новеньких, разных мужских очков от (для) солнца. Все солнцезащитные очки могли быть куплены Антоном по 1,5 евро за пару. При этом не надо было брать ни пять, ни десять аналогичных пар, т. к. бедный араб уже ничего не соображал. Он продолжал что-то лепетать на родном арабском языке, а Антон, словно заведенный механизм, долдонил одно и тоже, что в целом было абсолютно непонятно продавцу.
Ни туристов, ни просто прохожих рядом не было. За этим цирком никто, разумеется, не наблюдал, а Виктор Иванович тем временем продолжал спать, давать храпака. Антон и развлекался, и коротал время, прекрасно понимая, что до приезда таксиста Горона оставалось ещё прилично.
Прошло два часа, и араб заплакал. У него случился нервный срыв. Он то и дело всхлипывал и что-то бормотал себе под нос. Часто вытирая рукавом футболки слёзы, лившиеся из больших карих глаз, он опасливо озирался по сторонам, боясь пришествия ещё такого же покупателя…
Последней каплей терпения, если уместно такое сравнение, было то, что неожиданно увидел араб. Вот именно тогда-то и случился у него нервный срыв. Антон продолжал мерить пару за парой, как вдруг он обе руки засунул в свои светлые парусиновые брюки, сделал какие-то движения, как будто что-то чесал или поправлял, а затем медленно и аккуратно начал доставать из брюк … презерватив, в котором было 100 – 150 мл мочи. Именно в процессе доставания какая-то часть мочи пролилась (вылилась) и попала в область ширинки.
– Во, бл@дь, а я, бл@дь, думаю, бл@дь, а что это, на х@й бл@дь, мне там так давит, бл@дь?! – Антон свои комментарии обратил в сторону крепко спавшего на скамейке Виктора Ивановича. – Вот же ж, сука бл@дь, какая х@йня, бл@дь, бывает в этой жизни, бл@дь!?
– У вас все так делают? – спросил араб на арабском языке Антона, вытиравшего о брюки свои руки.
Затем Антон, увидев невдалеке фонтан с русалкой, изо рта которой в несколько струй текла вода, решил сделать следующее.
Он неспешно подошел к фонтану и, заметив, что вокруг ни души, а глубина почти по пояс, без какого-либо колебания залез сначала одной ногой, а затем и вторую ногу поставил на дно фонтана, где полно было мелких монет. Чисто инстинктивно Антон стал собирать монетки одну за другой. Он так увлекся этим процессом, что не заметил подбежавшего к нему продавца очков, активно жестикулировавшего и что-то говорившего на арабском языке. В итоге он понял, что надо вылезать и идти сохнуть.
Мокрый след от фонтана до стенда с очками, оставленный Антоном, через пять минут полностью высох и исчез, а ещё минут через восемь-десять мокрый Антон стал абсолютно сухим и радостным от того, что как потом оказалось, он успел помочиться в фонтане, когда смывал с брюк и трусов свою мочу.
Данные строки не для эстетов и даже не для дамочек, изображающих из себя фифочек-фафочек с аккуратными маникюром и педикюром, с выбритыми лобками и подмышками, которые, однако, сами без зазрения совести, втихаря делают минет и при этом борются за чистоту русского языка и высокую нравственность.
Помнится мне и то, как на заре зарождения бандитского капитализма вся Россия и другие постсоветские братские республики взахлёб читали Эдуарда Лимонова, Тимура Кибирова и других авангардных писателей и поэтов, творивших и радовавших себя и читателей новыми литературными изысками, формами и приемами. Сегодня уже и по радио, и на телевидении нет-нет, да и прорвётся в эфир ненормативная лексика, которая пока под запретом, но в большинстве семей присутствует?!
А как ещё передать весь словарный запас, всю словесную палитру героев, которые на эмоциональном подъеме выражают свои чувства, думы и чаяния бытовым, банально распространенным в России способом?!
Я, между прочим, за чистоту и неприкосновенность, за постоянство и красоту русского языка! Но время, увы, берет своё!
И это я ещё не прошелся по семьянинам, которые вырвавшись из домашних очагов, оказавшись в командировке или на отдыхе, пускаются во все тяжкие. Курортные романы, нагулянные дети, экзотические болезни … Так? Нет?
Всё, проехали. Описываю так, как было, как могу и умею. Другого не дано!
Финал всего этого сюжета был и комичным, и трагичным. Когда вдалеке показался знакомый и долгожданный Опель Омега, то Антон разбудил Виктора Ивановича. Затем Антон начал возвращать торговцу его же очки, но тот ни в какую не хотел ничего брать. И тогда чуть ли не силой русские туристы стали засовывать арабу его же очки на стенд, в футболку и в джинсы. Кульминацией всего этого спектакля стала сцена, когда бедняга вдруг решил, что за все очки ему теперь придется заплатить. И теперь он стал проявлять настойчивость в вопросе ценообразования и возможного дисконта для него, любимого…
