Виктор Иванович красиво прыгнул ласточкой в воду. Идея купания ему очень понравилась. Оба плавали минуту-полторы, после чего Антон не без труда и не без помощи приятеля вылез на набережную. Ему всячески способствовал Виктор Иванович, который в воде и подсаживал, и поддерживал, и давал разного рода советы, находясь у самого края трехметровой набережной …
С Виктором Ивановичем всё оказалось сложнее, он не смог подняться и принял единственно верное решение – поплыл в сторону пляжа для выхода на сушу. То ли ему не хватило сил и здоровья подняться по шлангу, то ли он не сильно-то и хотел? Но всё равно, на выход из воды ушло не так много времени, т. к. плавал Виктор Иванович красиво, быстро и стильно.
Для какой балды он решил показать навыки плавания баттерфляем, зачем? Здоровый, как обычно – абсолютно голый, обритый мужик с уже покрасневшей от летнего солнца плешью, не скользил, а «летел» бабочкой мимо яхт и катеров со скоростью, с которой кролисты-любители плавают в водных ластах.
Забыв про свой нудизм, Виктор Иванович неспешно вышел из воды и направился к скамейке с вещами, где обсыхал Антон.
Редкие прохожие на набережной и отдыхающие на пляже внимательно следили сначала за Виктором Ивановичем, а затем и за двумя странными русскими, которые диссонировали и с местными обычаями, и с представлениями об отдыхе на Адриатических курортах. «Русские, наверное?!» – думали те, которые хорошо разбирались в туристах.
Не будет ошибкой полагать, что Тиват – адриатический курорт!? Большое скопление всевозможных яхт и катеров, развитая туристическая инфраструктура, аэропорт и ряд других плюсов, характерных для сезонного отдыха на Адриатике – всё свидетельствовало о том, что именно здесь начинают и заканчивают свои туристические приключения любители активных видов отдыха со всех стран мира. Правда, предпочтение будет у Европы.
– Интересно, как там тёлочки? – поинтересовался у Виктора Ивановича Антон. – Они, наверное, уже очухались? Да?
– Часов пять-шесть будут в отключке. Ещё час-полтора будут приходить в сознание. Полчаса-час будут искать ответы на вопросы, которые наверняка появятся и которых будет много, ну, очень много. – Виктор Иванович начал одеваться.
– А что с тачкой? – спросил Антон и вдруг зашелся гомерическим хохотом.
Прохожие почему-то решили, что сутулый и длинный мужик в открытую потешается над своим приятелем, который был в слаксах, майке и часах. Картина маслом.
Когда были надеты плавки, то майку Виктор Иванович зачем-то снял. Жадный до солнца, он не понимал, что тело его давно сгорело. Красный, как варёный рак, он всё время крутил головой по сторонам, словно что-то или кого-то искал.
– Давай-ка прогуляемся, – предложил Виктор Иванович Антону, ковырявшему дужкой от очков в правом ухе. Чистка была эффективной, даже слишком.
Серы из ушей удалось наковырять с половину, если не больше, чайной ложки. И всё бы было ничего, если бы не поломка дужки у очков.
– Так, бл@дь, началось! – в сердцах выругался Антон.
– Что началось? Ты о чём?
– Да, сука, бл@дь ёб@нная, – взорвался Антон, – делают, бл@дь на х@й, х@й знает что!
– Вон, смотри, – Виктор Иванович взглядом показал в сторону араба, торговавшего очками и чем-то ещё, чем обычно торгуют в курортных зонах. – Пошли, посмотрим… Может, купим что-нибудь?!
– Сука, бл@дь! – выругался Антон и со всей силой бросил очки на бетон.
Очки с треском ударились, отскочили на несколько метров и … не разбились и даже не потрескались.
– Ни х@я себе, бл@дь?! Вот это да, бл@дь?! – удивился крепости своих солнечных очков Антон. – Я их х@ярю, бл@дь, х@ярю, а они, бл@дь на х@й, ни х@я, бл@дь.
– Хватит материться, эрудит хренов, – пожурил приятеля Виктор Иванович и с гордо поднятой головой направился с вещами к торговцу.
Рядом с торговцем находились четыре больших скамейки и большая беседка на все случаи жизни. Виктор Иванович, дойдя до скамейки, стоявшей на солнце, плюхнулся на неё таким образом, что Антон сразу же догадался, что будет через несколько минут. И действительно, развалившись сидя в вольготной позе, через пять минут сидения под палящим солнцем, Виктор Иванович начал давать такого храпака, что бедный араб даже подскочил на месте от первого громкого рыка.
– Сколько стоит эта ху@та? – спросил Антон у торговца, показывая на пару очков от (для) солнца, выполненных в стиле единого целого стекла.
– Для тебя будет 4 евро. Но если ты купишь 5 пар, то я продам тебе за 15 евро.
– А если я куплю 10 пар? – Антон прищурил правый глаз и пристально взглянул на продавца.
– Тогда я продам тебе всё за 30 евро.
– А скидка? – не унимался Антон.
– Так я же делаю тебе скидку?!
– Как ты мне делаешь скидку? Ты, бл@дь на х@й, на пять только делаешь, а на остальные – ни х@я! – Антон разговаривал с парнем так, словно собирался у него купить, да не просто, а чуть ли не весь товар. – А вот эти, бл@дь, сколько? – и Антон показал на другую пару.
– Этих сколько пар будешь брать? – на полном серьёзе поинтересовался араб.
– А почём отдашь? А?
