– Наконец-то настоящий бой с равным по силе противником! – радовался Володя Броневский, распоряжаясь орудиями среднего дека.
В чаду стоящего дыма, запахе пороха, уксуса и пота мелькали обнаженные по пояс матросские тела. Глаза слезятся, сколько не три, в горле горечь, уши ничего не слышат от пушечного грохота. Но зато в сердце азарт боя!
– Заряжай!
– Накатывай!
– Наводи!
– Веселей гадшпугом! Хорош!
– Готовы!
– Фитиль!
Огненный смерч вырывался из оскаленных стволов и, освобожденные от смертоносного плода пушки, рвутся из опутывавших их канатов. От каждого залпа старик "Венус", как живое существо, содрогается всем своим телом.
– Заряжай!
Воспользовавшись маловетрием, французы пытаются захватить русский фрегат с помощью вооруженных лодок с десантом. Но едва лодки внезапно появляются из-за мыса, как попадают под шквал ядер и тут же скрываются обратно.
– Выход был хорош, но номер не удался! – шутят наши. – Просим на "бис"!
Но второй раз французы появиться уже не решаются. Зато вдалеке на выходе из залива появляется нагромождение парусов, то спешит на помощь сражающемуся собрату линейный корабль "Святой Петр". Однако его помощь уже без надобности, ибо дело уже сделано. Едва линейный корабль подходит к месту дуэли фрегата и батареи, как неприятельские орудия внезапно разом замолкают. Затем со стороны неприятельских укреплений раздается сильный взрыв, то французы, уходя, уничтожают пороховой погреб.
– Посчитать потери! – велит старшему офицеру командир фрегата.
– Раненных и убитых не имеем! – докладывает ему тот.
– Слава тебе, Господи! – сняв шляпу, широко крестится Развозов, затем берет в руки рупор:
– Господа офицеры и вы братцы! Поздравляю с одолением!
– Ура! – кричат разом и господа офицеры и братцы – матросы.
– Ради таких мгновений стоит жить! – пожимает руки своим сотоварищам Володя Броневский.
– Что ж, день и впрямь прожит не зря! – соглашаются с ним.
Все перепачканы пороховой гарью, уставши, но веселы и почти счастливы.
– Господ офицеров прошу ко мне в салон на шампанское! – объявляет Развозов, – А команде сегодня двойная чарка!
И снова раскатистое "ура"!
В это нелегкое для Мармона время, вице-король Евгений Богарне писал ему из Италии требования Наполеона: "После того как пройдут большие (летние) жары, пусть генерал Мармон соберет все свои силы и, имея двенадцать тысяч человек, нагрянет на черногорцев, чтобы отплатить им за все содеянные ими варварские поступки. Пока эти разбойники не получат хороший урок, они всегда будут готовы выступить против нас".
Когда Мармону передали письмо, он лишь саркастически усмехнулся:
– Попробуй раздави их, когда они сами лупят нас в хвост и в гриву!
Линия фронта к этому времени определилась к западу от залива, в глубине которого располагалась Бокко-ди-Катторо. Взамен сбитых "Венусом" батареи, французы лихорадочно строили новые на большем удалении от залива. Наши при первой возможности стремились их уничтожить. Сам Мармон, запершись в Новой Рагузе, стягивал туда свои разбросанные войска, готовясь к долгой и упорной борьбе за Далмацию. На все упреки Наполеона в медлительности и нерешительности, он оправдывался: "Я бесконечно много раз требовал от адмирала, чтобы он выдал мне Бокко-ди-Катторо, но его ответы, всегда рассчитанные на откладывание, показывали его недобросовестность, и я должен был не доверять и наперед готовить средства, чтобы бороться с ним".
В первые дни осени Сенявин устроил на французских морских дорогах настоящий погром. Бриги и фрегаты под Андреевским флагом буквально растерзали французские коммуникации. Капитан первого ранга Белли, ворвавшийся в Рагузский залив, дерзко захватил там две большие требаки с запасом военной амуниции и пороха для французской армии с кучей пленных.
– Французам сей запас явно лишний, а нам как раз кстати! – обрадовался он и отправил добычу на Корфу.
Непосредственно в Бокко-ди-Катторо стояли на якорях в готовности к выходу в море: вице-адмиральский корабль "Селафаил", "Святой Петр", фрегат "Автроил" и прибывший совсем недавно из Севастополя черноморский бриг "Александр" лейтенанта Скаловского, да фрегат "Кильдюин" в ближнем дозоре. Непосредственно у Рагузы действовал отряд контр-адмирала Сорокина: линейный корабль "Параскевия" в паре с бригом "Бонасорт" и "Уриил" в паре с бригом "Феникс". Пока линейные корабли стояли в дозоре мористее, легкие и мелкосидящие бриги подходили к самому берегу, совершая набеги на батареи и селения, всякий раз ускользая от взбешенных французов.
При набеге на местечко Сан-Джоржи, что на острове Лавиза, взяли огромный винный магазин, что французы для себя готовили. Пока противник понял, что к чему и подтянул солдат, все содержимое было уже в трюмах российских кораблей. Матросы этой добыче радовались особо. Тем более, что капитаны разрешили всем опробовать трофей захваченный, годиться ли к потреблению.
– Еще как годиться! – солидно кивали головами матросы, чарки с добычей в себя опрокинув и к баталеру взор обратив. – Да что-то не распробовали с первого-то раза, налей-ка еще малость!
