– Теперь главное не промахнуться! Теперь главное не промахнуться! – шептал сам себе Броневский, что есть силы, вглядываясь в мглистые очертания приближающегося берега.
Права на ошибку команда "Венуса" не имела. Вход в Сиракузы не шире двух с половиной верст, да к тому же еще стеснен с обеих сторон каменными скалами. Ошибешься и поминай, как звали! Две версты в такую погоду, это тоже, что игольное ушко для полуслепого, попробуй, попади! Но попасть все-таки надо, второй попытки уже не будет!
Из дневника Владимира Броневского: "Всякий может себе представить, с каким ожиданием, и какими глазами смотрели мы на приближавшийся город. Ужасный бурун справа и слева крутился на отмелях. Пенящиеся волны, вздымаясь на стену, заливали высокую башню крепости, от которой мы шли не более 60 сажен. Зритель, будучи вне опасности, конечно, не мог бы сохранить равнодушие, взирая на фрегат, идущий между каменьев, совсем на боку, особенно когда он, с высоты волнения, спускаясь в глубину, казался падающим прямо на башню. Напротив, нельзя представить и описать ту радость, когда фрегат, миновав рифы, входил в порт, где корабли стояли спокойно и безопасно, как в реке… Всю ночь буря свирепствовала с равною силою и если бы не успели засветло войти в Сиракузы, то по всем вероятностям, сею ночью потонули бы в море, ибо фрегат пробитый ядрами в подводной части, потек и имел многие другие повреждения в корпусе и мачтах".
Весь первый день стоянки приводили "Венус" в порядок. Матросы, шлепая босыми ногами по палубе, драили песком и камнем доски до слепящей белизны, окатывали их парусиновых ведер забортной водой, заодно обливались и сами. Затем командир съехал на берег, чтобы нанести визит местному губернатору и начать переговоры о закупке пороха. Вечером губернатор устроил в честь гостей прием. Фрегатские офицеры чувствовали себя несколько скованно в окружении бесконечных герцогов, принцев и маркизов, имевших столь длинные имена, что из всех них удалось запомнить лишь самого худородного: Дона Франческо Конте де Сто Джовани. Стол был хорош. И не евшие несколько суток кряду офицеры, особенно упрашивать себя не заставили: зелень вовсю заедали мороженным, а рыбу тортами. Впрочем, это никого не удивляло, ибо все герцоги и принцы через какие-то полчаса от начала обеда были уже в более чем приподнятом настроении. Все они наперебой рассказывали анекдоты о своем новом короле Иосифе Бонапарте и с благодарностью вспоминали русского генерала Бахметьева сделавшего за несколько месяцев их опереточную неаполитанскую армию вполне боеспособной. Здесь же за столом Развозов обговорил цену на порох и его количество.
Узнав о прибытии в порт русского фрегата на "Венус" прибыл офицер стоящего здесь Шотландского горного полка и пригласил офицеров на строевой смотр. Офицеры кинули "на морского", кому идти смотреть на марширующих шотландцев. Выпало, разумеется, Броневскому. Остальные отправились гулять в город.
– Сходи, Володя, не пожалеешь! – похлопали они Броневского по плечу.
Шотландцы приняли лейтенанта хорошо. Полком командовал совсем еще мальчишка восемнадцатилетний капитан Дуглас. Особых подвигов он не совершил, но зато принадлежал к одной из самых богатых шотландских фамилий. Вид марширующих в юбках солдат был столь уморителен, что Владимиру едва удалось сохранить серьезное выражение лица.
Шотландцы угощали пудингами и бифштексами. Чтобы русскому офицеру было веселее, рядом с ним посадили волынщика и тот принялся надувать свою волынку с такой силой, что Володя стал опасливо коситься в его сторону, как бы ни лопнул!
– В мире нет ничего прекрасней нашей волынки! – доверительно сообщил русскому офицеру лорд Дуглас.
– Прекрасный инструмент! – вежливо соглашался лейтенант.
– Sir! Your health! (Ваше здоровье!) – вставали шотландцы перед каждым тостом.
– Бывайте и вы здоровы! – отвечал им, приподнимаясь, Владимир.
Затем хозяева с чувством опрокидывали в себя рюмку мутно-желтого виски и так же разом восклицали:
– God demn! (Черт побери!)
– И впрямь, хорошо берет! – соглашался российский лейтенант.
Переводчика им было не надо. Настоящие мужчины всегда найдут общий язык! К концу обеда большая часть шотландцев, не могла оторвать голов со стола.
– Это наш древний горский обычай! – гордо кивал на похрапывающих сотрапезников лорд Дуглас.
Уже попрощавшись и уходя, Броневский еще долго слышал позади себя тоскливый звук волынки.
На следующий день грузили порох. Развозов самолично смотрел качество: брал в руку горсть пороховых зерен и пристально рассматривал. Порох был хорош: все зерна равные по размеру и сизого цвета, при растирке же давали однородный цвет, признак того, что порох был тщательно смешан. Вечером того же дня командир "Венуса" устроил ответный прием для губернатора и шотландских офицеров. Наши встретили гостей хором песенников с рожками, бубнами и барабанами. Матросы так рванули песню, что итальянки схватились за уши. Затем внезапно для всех вперед хора выскочили плясуны и рванули "барыню"!
