– О! Весьма любезно! – обрадовались командированные, почесываясь во всех местах.
Разговор состоялся через два часа с четвертью. Гости, румяные и довольные, переоделись в мундиры со старшими орденами. Они истребили горячее, потом угостились чаем с ромом. Перейдя в кабинет, все трое откинулись в кресла. Нарышкин обратился к статскому советнику:
– Алексей Николаевич, рад снова с вами повидаться. А кто ваш помощник?
– Коллежский асессор Азвестопуло Сергей Манолович. Прошу любить и жаловать. Когда-нибудь он меня заменит.
– Даже так? Знаменитого Лыкова?
Статский советник поморщился:
– Не так уж я и знаменит, Александр Петрович. Скажите лучше, что там с Витте? Когда же он наконец сядет на должность? Указ о его назначении вашим губернатором подписан государем двадцатого января!
Пришел черед морщиться Нарышкину:
– Да обещает появиться через две недели. Отослали ему в Качуг пароход «Работник». Жду не дождусь нового начальства – дел накопилось видимо-невидимо.
Нарышкин принадлежал к древнему знатному роду. И даже имел свойство с царствующим домом, поскольку Наталья Кирилловна Нарышкина была женой царя Алексея Михайловича. Но Александр Петрович служил вдалеке от столиц, в Сибири, и застрял в вице-губернаторах. Видимо, этим и объяснялась его желчность.
Действительный статский советник сменил тему:
– Алексей Николаевич, вы привезли с собой армию? Мне доложили, что нет.
– Нет, армию мы действительно не привезли.
– Почему? – впился в гостя взглядом хозяин. – Я же писал: моих сил недостаточно, городовые казаки не справятся с сотней отпетых головорезов, вооруженных к тому же пулеметом.
– Александр Петрович, там их не сотня, а лишь два десятка. Они опасные, вы правы, это беглые каторжники во главе с неким Кожухарем по кличке Сашка Македонец. Остальные пять десятков просто дикие старатели, которые моют золотые россыпи в притоках Колымы.
– Македонец? Россыпи? – недоверчиво переспросил Нарышкин. – Откуда у вас такие сведения?
– Они получены агентурным путем.
– То есть вы там, в Петербурге, лучше меня знаете, что здесь творится?
– В этом конкретном случае – да. Люди Македонца караулят округу и не пускают туда других старателей. Конкурентов убивают – вы сами об этом сообщали. Весной они ликвидировали одну из таких артелей, зарезали всех, кроме одного. Тот рванул с перепугу на запад и в столице рассказал свою историю моему осведомителю. Так мы узнали правду насчет прииска на Кухумане.
– Продолжайте, – хмуро бросил врид губернатора.
Лыков счел нужным смягчить тон:
– Не следует переоценивать нашу якобы осведомленность. Я не столичный хлыщ, приехавший сюда заработать орденок. Без вас и вашего содействия мы с Азвестопуло можем сразу уезжать обратно. Вы и ваши подчиненные – главная ударная сила для ликвидации банды.
– Ну-ну…
– Мы лишь поможем вам срезать болячку. Насчет армии: ее не будет. Придется справляться самим.
– Вы двое будете справляться? – съязвил Нарышкин.
– Говорю же: с вашей помощью. Как именно – примемся думать с Сергеем Маноловичем. Начнем с разведки. Поедем туда, посмотрим, за какой конец лучше ухватить негодяев. Скорее всего, сражение не понадобится. Узнав, что против них готовится экспедиция, ребята разбегутся. Не станут дожидаться карателей. Просто сожгут свои балаганы, разложат добычу по мешкам и скроются в каком-нибудь труднодоступном месте.
– А вы после этого поедете домой, – завершил речь гостя хозяин. – Где доложите, что банда ликвидирована, дело сделано. Орденок-таки заработаете. А разбойники обоснуются в соседнем распадке и весной вернутся к своим занятиям. Алексей Николаевич, ведь так?
– Почти, – невозмутимо ответил статский советник. – Ахиллесова пята банды Македонца, как и любого другого отряда, желающего оперировать в тех краях, – это снабжение. Семьдесят человек надо кормить каждый день. И поить водкой, одевать, снаряжать инструментом. Продавать добычу скупщикам. А тут каратели явились. Мы перережем пути, запретим инородцам торговать с бандитами. Все, Македонцу и его людям крышка. Придется удирать на юг, на Алдан, к соседям. Сами бандиты, пусть их даже двадцать человек, работать не будут. По колено в ледяной воде, впроголодь – на такое способны лишь неприхотливые горбачи.
Нарышкин спросил, по-прежнему недоверчиво:
– Почему я никогда ничего не слышал о золотых россыпях на Колыме?
– Не только вы, но и Крафт тоже не знает об этих россыпях. Мы встречались с Иваном Ивановичем перед отъездом. Он, подобно вам, не верит в нашу информацию. Что ж, доберемся до Кухумана и поищем доказательства.
– Значит, казаков с собой все-таки возьмете? Не вдвоем же поедете. Так вы их не напугаете.
– Унтовое войско брать не будем, – заговорил Азвестопуло. – Скорее мобилизуем стрелков Якутской местной команды. Они еще не драпали от пулемета, потому будут надежнее. Но наша задача, как уже сказал Алексей Николаевич, постараться обойтись без фейерверка. Выдавить бандитов из области, пусть чешут в другие края. Возьмем измором, тем, что начнем затягивать петлю, причем не скрывая, а скорее демонстрируя свои намерения.
