Вспышка гнева и обиды была настолько сильной, что, толкнув Селье в грудь, я не ощутила боли в порезе. Он даже не шелохнулся, словно мои усилия навредить ему приравнивались к бесполезным попыткам жука сдвинуть камень.
– А если бы я не согласилась помогать вам вершить суд над Люцифером?
– У вас не осталось бы выбора, – твердо заверил Кайлан, и в его идеальных чертах проступил холодный расчет.
Все стало как на ладони. Еще во Франсбурге Селье вынашивал план, как использовать редкий дар теневого призрака в своих целях. А за месяц плотного общения он прекрасно изучил все рычаги давления, с помощью которых мог манипулировать мной, не прибегая к силе подчинения, дабы не провоцировать вспышки моей магии. Достаточно было пригрозить жизнью друзей. Но в итоге «колода» сложилась еще лучше. Я влюбилась в него, став податливой, легкой добычей.
– Между нами было хоть что-то настоящее? Без планов и замыслов?
Я обняла себя за плечи, пытаясь не рассыпаться на части, пока Кайлан оставался совершенно хладнокровным. Он протянул ко мне руку, желая придвинуть к себе, но я отпрянула, а тени сползлись к ногам из всех закоулков.
– Да, Адель. И вы даже не представляете, насколько разрушительным оказалось ваше появление в моей обычно продуманной жизни.
Невзирая на сгустившийся возле нас мрак, Кайлан кивком дал понять Астароту, что пора переходить от болтовни к действиям.
– Вы пожалеете об этом, – выпалила я, когда Селье, проигнорировав предостережение, подался вперед и прижал меня к груди. Нос уперся в острые пуговицы фрака, а ноги сделались ватными под воздействием желанного телесного тепла.
– Уже жалею.
Я испуганно дернулась, на большее не хватило сил. Астарот положил руку Кайлану на плечо, и я с ужасом наблюдала, как его прошибло рябью. Следом магическая дрожь передалась мне, сначала волной захватив прижатые по швам руки, а затем распространившись по всему телу. Болезненное давление изнутри усилилось, словно кости захватили в тиски. Ослепляющая вспышка, гул ветра – и мир исчез, закрутившись смазанными картинками.
От едкого запаха серы болела голова и свербело в горле. Я закашлялась. Через пару мгновений тошнотворного состояния зрение прояснилось и сжатые легкие наполнились кислородом.
Меня придерживал Кайлан, поглаживая по волосам и не давая осесть в грязь.
– Что произошло? – сипло уточнила я.
На эмоциях хотелось оттолкнуть его и бежать как можно дальше. Позабыть страстную ночь в тронном зале и умиротворяющее время в ванной. Вновь с корнем вырвать пробившиеся сквозь толщу ненависти ростки любви.
Я могла сотни раз разочаровываться в Кайлане, набрасывая на светлое чувство кандалы и удавки, но это не меняло сути. Я принадлежала ему.
– Астарот переместил нас в свои владения – Круг Войны. Мы на левом берегу Оманкса.
Я отодвинулась от Селье. Он не противился, лишь придерживал за талию, чтобы я могла восстановить равновесие после первого в жизни скачка через расстояние.
Под каблуками хрустели сухие ветки. Я развернулась лицом к реке, чтобы удостовериться в словах Кайлана. Обманчиво спокойные воды, змейкой пересекающие землю, нагоняли жути. В лицо дул легкий ветерок, но из-за застоялой духоты преисподней это никак не помогало остудить пылающие от гнева щеки.
Не дожидаясь нас, Астарот уверенно двинулся по небольшому склону к зловещему Оманксу.
Кайлан осторожно потянул меня за пояс темно-алого платья и развернул обратно к себе, пресекая попытку увязаться следом за Повелителем Войны.
– Вы сколько угодно можете притворяться, что ненавидите меня, Паучок, но, прошу, даруйте возможность помочь людям. Не хочу, чтобы в воспоминаниях обо мне у вас осталось только сожаление и разочарование.
Внезапно тяжесть неба разом обрушилась на голову. Завуалированный намек Кайлана на то, что стоит нам спасти Абракс и уничтожить Люцифера – и мы разойдемся каждый своей дорогой, впился занозой под ребра.
Проглотив едкую желчь, спросила:
– Как обуздать Сумрак Бездны?
Клубящийся по земле серым настилом туман дернулся, будто понял, что разговор идет о нем.
Кайлан приобнял меня за талию. Во рту прибавилось горечи. Как можно было так нежно касаться меня, даруя надежду на взаимные чувства, и тут же отнимать ее подобными изречениями?
Мы двинулись к Астароту. Повелитель Войны остановился у самого края берега, точно хотел спрыгнуть в воду с утеса. Он сосредоточенно зажмурился и вырисовывал в воздухе руками круговые узоры.
Подступая ближе к темной воде, я запаниковала и замедлила шаг. Крики Софии крутились на подкорке, как навязчивая мелодия, но, слава Всевышнему, в реальности стояло почти ощутимое безмолвие.
Я бросила быстрый взгляд на противоположный берег, где алым пятном простирался Кровавый Лес. Магический туман в его владениях поднимался выше, точно хотел поглотить скрюченные стволы деревьев.
