— Она права, — не стал спорить вампир. — Но мы нашли… иные способы получать то, что нам нужно для существования. Не настолько радикальные, как она хочет это представить.
— Это какие же? — полюбопытствовал я, не особо рассчитывая на ответ.
К моему удивлению, я его получил.
— Наши слуги отдают нам её, — произнёс Батори. — Добровольно. Без принуждения. Как я уже сказал, мы не вредим людям. Мы не охотимся, как наши предки, которых, в свою очередь, её предки выводили себе для службы в качестве послушных животных.
Кончик его трости оказался направлен на Эри, словно острие меча.
— Мы не убиваем. Мы не обращаем каждого встречного. Мы живем своей жизнью. Спокойной и размеренной. И уж совершенно точно мы не хотим власти…
— Ну да, конечно, — фыркнула Альфа. — Потому-то на вас и охотились…
— На нас охотились потому, что вы, выродки, не смогли контролировать то, что создали сами! — рявкнул Батори. — Решили вывести для себя живое оружие и обращались с ним, как со скотом! Так не стоит потом удивляться, что вас укусили за руку⁈ И не тебе, девочка, учить меня разумности! Или мне напомнить, что делали твои драгоценные предки? Напомнить, как они спускали экскургов на поселения людей, отдавая тех на съедение просто для того, чтобы создать себе побольше тварей для вашей проклятой войны⁈ И теперь, две с половиной тысячи лет спустя, вы подыхаете в стагнации, пока мы живём спокойной жизнью! И это именно то, что вы сполна заслуживаете!
Под конец этой тирады с лица Эри исчезли последние намёки на хоть какую-то весёлость. Она приподнялась на диване, и я отчётливо видел выражение на её лице.
— Эри, успокойся.
— Успокоюсь, когда клыки ему вырву, — произнесла она таким тоном, что, кажется, вода бы замёрзла.
— Попробуй, дитя, — улыбнулся Батори. — Я давно уже не убивал твоих сородичей, но не думай, что я утратил свои навыки.
— Так! — громко сказал Князь и даже встал за столом. — Успокойтесь. Александр…
— Эри, подожди снаружи, пожалуйста.
— Но…
— Эри, пожалуйста, — спокойно попросил я её. Мог бы и приказать. Знаю, что приказ она точно выполнит, но… а какой тогда смысл? — Просто подожди снаружи. Я скоро приду, и мы с тобой поговорим. Тем более, что у нас есть куда более насущная проблема.
— По сравнению с этой? — усмехнулась она, но, увидев выражение на моем лице, нахмурилась. — Что случилось?
— Браницкий вернулся в город.
Она не стала кричать или что-то спрашивать. Лишь тихо выругалась себе под нос.
— Ладно, но не пропадай тут надолго, — она встала с дивана и направилась к двери.
— Если позволите, я хотел бы вернуться к нашему разговору, — продолжил Батори, когда за альфой закрылась дверь. — Теперь, когда…
— Нет, — сказал я и только через секунду понял, что, вообще-то, только что довольно грубо его перебил. — Прошу прощения за резкость, но вы не ответили на наш вопрос.
— Я считал, что…
— Что произошло на аукционе? — задал вопрос Князь. — И не стоит считать нас за идиотов. Туда наведался кто-то ещё, ведь так?
— Так, — нехотя признался Батори. — К сожалению.
Как оказалось, он прекрасно знал, кто именно туда пришёл. Точнее не так. Батори хорошо знал, кто именно отправил туда почти пять десятков новообращенных вампиров.
— Ваш старший сын? — удивлённо переспросил я, когда услышал его ответ.
— Грехи прошлого довлеют над всеми нами, — вздохнул Батори. — К несчастью, мой первый сын решил, что наш вид… заслуживает большего влияния, чем-то, что у нас есть сейчас. Он хочет власти. Хочет силы…
— Но за каким дьяволом вам всё это нужно? Лар говорил, что вы практически бессмертны, как и сами альфары. По крайней мере в плане старения…
— Верно, но мы не способны… Вы бы назвали это неспособностью к размножению. То, что вы видели тем вечером, не более чем жалкое подобие. Суррогаты. Неполноценные вампиры. Их век недолог, как и их возможности. Да, для обычных людей они представляют опасность, но, как показал ваш граф, люди, обладающие Реликвией, способны с ними справиться с относительной лёгкостью. Что уж говорить о наших создателях. Эти же несчастные больше подобны диким животным. Они почти лишены сознания и присущих человеку сознательности и разумности. Ими руководит жажда. Наша сила… она как проклятие. Словно едкий яд, она разрушает их тела изнутри, временно даруя силу. Но уже через некоторое время она неминуемо погубит их. Либо же эти несчастные окончательно сойдут с ума от жажды крови, либо же попросту умрут без неё.
— Но вы сказали, что у вас есть сыновья, — напомнил я.
— Да, — не стал спорить Батори. — Есть. Процесс создания себе подобных крайне опасен и сложен. Он имеет риски для того, кто решает сделать подобное, вплоть до смертельных. Даже полноценный первородный вампир практически не способен создать подобного себе.
— Потому вам и нужны эти записи? — уточнил Князь. — Вы хотите вернуть способность…
— Не говорите ерунды, — решительно отрезал Батори. — Я ищу их для того, чтобы уничтожить! Думаете, что я настолько глуп, чтобы не понимать, чем может обернуться для этого мира бесконтрольное появление мне подобных? Я не такой идиот. Но мой сын…
