— А вот тут, Александр, всё уже куда прозаичнее. — Князь усмехнулся и бросил на стол золотую монету. — Трофеи.
— Трофеи? — С интересом взяв монетку, я рассмотрел её. Если не считать золотого профиля какого-то мужчины и надписи на непонятном для меня языке, то это был просто тяжёлый золотой кругляш.
— Ага. Ходят слухи, что они неплохо так поживились на захваченных во время войны территориях.
— Типа, как Браницкие, которые себе во время войны замок в Альпах заимели? — спросил я, и Князь кивнул.
— Что-то вроде того. Но сейчас это не важно. Их карманы показали дно ещё пять лет назад, и сейчас, как я и сказал, они выживают в основном за счёт кредитов. Короче, в долгах как в шелках. Буквально, если вспомнить один из последних их приёмов.
Я задумался. Кажется, читал в новостях. Вроде месяца три назад они что-то такое устраивали, но это даже в памяти не сохранил. Мне тогда до них никакого дела не было. Да и сейчас особо бы не было, если бы не дело Скворцова.
— Короче, ситуация такова, — вздохнул я. — Они не могут признать, что мелкий засранец виновен в аварии, потому что в таком случае это прямой удар по их чёртовой репутации. И в то же самое время они не могут замять это дело деньгами, потому что денег у них нет.
Что-то не складывалось. И Князь это заметил по моему лицу.
— Что?
— Да вот думаю. Они попросили Лазаревых оказать им помощь в этом деле. Допустим, что они же попросили и Гаврилова сделать так, чтобы расследование не привело к обвинению Егора Харитонова после аварии.
— Пока всё логично, — заметил Князь, но я покачал головой.
— Так-то да. Но разве не проще было просто попросить денег, чтобы откупиться и…
— О нет, Александр, — покачал головой сидящий за столом передо мной франт. — Не проще. Харитоновы бы этого никогда не сделали.
— Потому что… почему?
— Потому что это будет унизительно, — пояснил он. — Видишь ли, одно дело попросить об услуге, и совсем другое — прилюдно расписаться в собственной слабости и бедности. Особенно для тех, кто так долго кичился своей высокородностью и важностью для империи. И ладно бы ситуация находилась в вакууме, но нет. Если они это сделают…
— Всё, понял, — перебил его. — Они выставят себя нищими перед теми, кого считают за равных. Или думают, что они им равны. Картина того, как построившие свою репутацию на военных успехах герои пойдут по миру с протянутой для податей рукой, выглядит не очень приглядно.
— Именно. — Князь с одобрением посмотрел на меня и, протянув руку, достал из ящика стола несколько листов. — Здесь выписки по их счетам. Не спрашивай, как я их достал, но вдруг пригодится. Тут более чем хорошо видно, в насколько глубокой долговой яме они сидят.
Поблагодарив его, я взял их.
Выходит, что возможная помолвка одного из сыновей Харитоновых с Анастасией несла за собой куда большее значение, чем можно было подумать изначально. Вероятно, породнившись с Лазаревыми, они рассчитывали, что те помогут им в их тяжёлом финансовом состоянии.
Только вот помолвка так и не состоялась. И что-то мне подсказывало, что не потому, что Настя вдруг взбрыкнула и пошла в отказ. Нет. Её папаша точно бы прижал дочку к ногтю. С криками, истериками, воплями. Особенно если вспомнить, что она тогда была моложе на несколько лет.
Но! Если вспомнить, о ком мы говорим, тут появляется нюанс. Я никогда не поверю, что Павел Лазарев сделал бы что-то просто так. Нет, должна быть причина, почему он решил пойти на союз с Харитоновыми. Точно так же, как и должна быть причина, почему он его так резко отменил… и сейчас вновь решил оказать им помощь.
В чём причина? Стоит признать, что я этого не знаю. Эти мысли я и высказал Князю, но тот лишь пожал плечами.
— Мысль хорошая, но тут я тебе ничего конкретного не скажу. Такие вещи редко когда покидают кулуары, в которых их обсуждают.
— Ясненько. Ладно. Спасибо тебе, Князь, — поблагодарил и помахал бумагами. — Это куда больше того, на что я мог рассчитывать.
— Не за что, Александр.
Выйдя из его кабинета, я направился наверх. На часах уже почти полночь. Если завалюсь спать в ближайшее время, то даже высплюсь. Но перед этим…
Осторожно подойдя к одной из дверей на «нашем» этаже, я негромко постучал костяшками пальцев по ней. Ничего. Может, спит? Постучал ещё раз. За дверью раздался шорох, и через несколько секунд она открылась.
— Честно говоря, не думала, что ты когда-нибудь придешь ко мне так поздно, — произнесла Эри, глядя на меня.
Одетая в одну футболку и трусики, она стояла, привалившись к дверному косяку. Волосы цвета платины рассыпались по плечам, а на лице несколько недовольное, но тем не менее заинтересованное выражение.
— Не за этим, — фыркнул я. — Поговорить надо.
— Ну конечно, не за этим. — Альфа улыбнулась и закатила глаза. — Впрочем, что-то я не помню, чтобы после той ночи ты слишком сильно жаловался.
— Причины не было, — усмехнулся я в ответ, заходя к ней и прикрывая за собой дверь.
