— Конечно, — ресницы упали на щеку Ахтэ, он улыбнулся. — Какой ты глупый, я хотел поиграть с тобой как раз потому, что влюбился. Если бы ты мне просто понравился, я бы лег с тобой сразу.
Он повернулся к гитаристу и, обняв его за шею, крепко поцеловал. Брайан не стал отвечать на поцелуй. Ему было очень приятно чувствовать, как глубоко может забраться нежный гибкий язычок, такой же искусный в поцелуях, как это тело в любви. Наконец у Ахтэ кончилось дыхание, и он оторвался от своего возлюбленного. Мальчик на минутку прижался щекой к груди Брайана и отодвинулся от него.
— Пойду приготовлю что-нибудь поесть, — сказал он. — Тебе тоже?
Брайан кивнул, и Ахтэ изящно выскользнул в дверь. Мей посмотрел на полоски света, пробивающиеся сквозь шторы, и выключил ненужный теперь свет.
Гортхауэр вернулся с вечеринки, окончательно потеряв голову. Если раньше он со старательной грубостью думал о том, что ему нужно только переспать с Роджером, то теперь он уже не мог дольше лгать себе.
Группа «Куин» произвела фурор, как он, впрочем, и рассчитывал. Взрослые, видавшие виды, многоопытные и циничные мужчины и женщины, пришедшие посмотреть на новый товар, были абсолютно очарованы четверкой зеленых юнцов, их красотой, дерзостью, молодостью, талантом. После показательного концерта их обступила такая тесная толпа, что Гор не смог пробиться к своим подопечным. Ослепленный внезапным успехом Фредди только подливал масло в огонь общих страстей, кокетничая со всеми подряд, не разбирая пола и возраста. Во всяком случае, Гортхауэр видел, как он ворковал с какой-то блондинкой. Остальные тоже были нарасхват. Дикон даже стал разговаривать и шутить. Правда, Брайан был странноватый и не отходил от Ахтэ ни на шаг, глядя на него жадными и несчастными глазами. Под конец Тейлор вылез из этой толпы и подошел к Гору, который пил коктейли вместе с Мелькором и Манвэ. Те развлекались от души, наслаждаясь вызванным переполохом. Им-то все было хорошо. Они были вместе.
— Гор, они что, взбесились? — спросил Роджер хриплым шепотом. — Что мы такого сделали?
— Вы были великолепны, — ответил Гортхауэр, подавляя острое желание прижать к себе светлую растрепанную голову ударника.
Сейчас, в своей комнате, он вспоминал его растерянное, веселое лицо, припухшие от яркого света и усталости большие глаза, и сердце разрывала неизвестная доселе хладнокровному Гору боль. Он понимал, что самая жестокая богиня, повелительница человеческой крови, Афродита, Венера, Иштар, Исаис Черная, завладела наконец и им. Он хотел видеть Роджера. Гор прекрасно понимал, что измотанный ударник спит сейчас в своей постели, но доводы разума не имели никакого значения. Он хотел видеть его. Сейчас. Ему понадобилась вся его воля, чтобы не сесть в машину и не поехать к Роджеру домой.
«Почему именно он? Почему этот мальчишка? Почему не какая-нибудь женщина, на которой я бы мог жениться и завести детей на радость старику Анджелини? От нее я мог бы надеяться добиться любви. А здесь — полная безнадега. Если я хотя бы заикнусь об этом, я лишусь и того, что имею, хотя, видит Бог, это лишь жалкие крохи. Как же я люблю его. Я с ума схожу. За что ты наказываешь меня, Мадонна? Я думал, что моя жизнь определена раз и навсегда и я сам отвечаю за все. Оказывается, я только жалкий червь во прахе и мной владеет мальчик, который даже не подозревает об этом. Это мне наказание за гордость. Что же делать, Господи, что же мне делать…»
Он опустился на колени перед распятием. Ему стыдно было молиться об этом, но он молился, чтобы Мадонна, чистая Богоматерь, привела этого человека в его объятия, обещая ей любую плату за его любовь. Он давал обеты, нарушить которые не осмелился бы никогда, так искренна была его молитва. Гор всматривался в ясное безмятежное лицо Пресвятой Девы и в эти минуты действительно ощущал себя ребенком, не знающим ни гордости, ни самолюбия, ребенком, искренне просящим о любви.
Удивительным образом ему стало легче, когда он встал с колен. Он заснул быстро и легко, как будто Дева Мария услышала его кощунственную молитву и сошла на минуту со своих небес, чтобы коснуться нежной рукой горячего лба засыпающего гангстера.
