Фриц сидел за стойкой, неторопливо потягивая мятный коктейль, и стрелял глазами во все стороны. Разговор с Фрэнком, который он вяло поддерживал, не требовал никаких усилий, а думал Фриц о своем. После посещения казино он с удовольствием отметил, что произвел впечатление, но точно не знал, во что это впечатление может вылиться. Он вспоминал побледневшее от злости лицо Маэдроса и думал, что от ненависти до любви — один шаг. Главное, разозлить его как следует. И тут его беспрерывно шарившие по залу глаза наткнулись на высокую фигуру. Некоторое время Фриц тупо смотрел на рыжеволосого человека, пробиравшегося в глубь зала, потом понял, что это отнюдь не эротическая галлюцинация, а тот, о ком он думал.
«Елки зеленые, — глаза наследника Вильгельма полезли на лоб от удивления, — что он здесь делает? Решил сменить ориентацию?» Маэдрос сел за столик, к нему тут же подскочил официант. Фриц покачал головой. Некоторое время он наблюдал за гангстером, тот сидел тихо, разглядывал публику, пил. К нему подсел какой-то невысокий юноша и что-то сказал. Маэдрос усмехнулся и ответил. Тут Фриц взбеленился — добычу уводили прямо из под носа.
Фриц ринулся в атаку. Он бросил Фрэнка, быстрым шагом подошел к столику Маэдроса и положил руку на плечо его собеседнику. Он уже успел рассмотреть, что это Макс. С ним Фриц не спал, но знал его очень хорошо.
— Этот мужчина не для тебя, киска, — сказал он ему на ухо, — иди, поищи себе кого-нибудь еще.
Макс обернулся, увидел Фрица и послушно поднялся. Все произошло так быстро, что Маэдрос не успел ничего сообразить. Только когда Фриц непринужденно уселся на место Макса, гангстер взбеленился:
— Ты, чертов щенок, что ты себе позволяешь?! Пошел отсюда!
— Милый, ты говоришь мне это уже второй раз, — спокойно ответил Фриц, — Если ты скажешь это в третий, я за себя не ручаюсь.
— Ты меня сильно напугал, — честно сказал Маэдрос. — Я тебя прошу, уйди и пригласи ко мне обратно того мальчика, которого ты прогнал. Ты меня этим очень обяжешь.
— Не могу, — с предельно чистосердечным выражением лица ответил Фриц. — Макс, к сожалению, очень занят. Но если ты хочешь снять мальчика, я могу тебе помочь.
— Не сомневаюсь, — огрызнулся Маэдрос. Фриц пропустил его реплику мимо ушей.
— Я тебе могу порекомендовать самого лучшего мальчика.
— Да? И кого же?
— Меня, — просто ответил Фриц.
Маэдрос деликатно посмеялся, не отрывая от лица мальчишки холодных глаз.
— Мальчик, — сказал он наконец с чувством, — не надо портить мне вечер. Я от этого становлюсь невозможно груб.
— О! — воскликнул Фриц. — Обожаю грубых мужчин! Может быть, поднимемся в номер?
— Нет уж! — отрезал Маэдрос.
— Ты хочешь трахнуть меня прямо здесь? — не отступил Фриц. — Мне это тоже нравится.
— А что, был случай? — ядовито осведомился Маэдрос.
— Да, вон на том диванчике. Правда, было уже очень поздно, в зале почти никого не было и свет притушили, но для тебя я готов повторить то же самое сейчас.
— Пошел ты, — сорвалось с языка у совершенно потерявшего терпение Маэдроса.
— Пойдем танцевать, — неожиданно предложил Фриц.
— Еще чего.
— Боишься?
— Ты что, с ума сошел? Тебя я, что ли, боюсь?
— Тогда пойдем.
Фриц был непреклонен, он уже поднялся и протягивал Маэдросу руку. Тот нехотя поднялся. Ему уже почти нравился нахальный напор мальчишки. Он и в самом деле подумывал, не подняться ли с ним в номер. В конце концов, ни одно переживание не лишнее.
Играли медленный танец, и Фриц тут же обвился вокруг партнера, закинув ему руки на шею. Он доставал высокому Маэдросу макушкой до плеча, так что лицом он уткнулся гангстеру в грудь, в разрез рубашки. От гибкого тела мальчика дышало жаром, от волос пахло какими-то пряными духами, и Маэдрос сам не заметил, как его руки с талии партнера переместились на его упругую задницу и стали ее легонько поглаживать. Покачиваясь в медленном ритме, Фриц подумал: «А у него нежные руки, и вообще, крепкий мужик… Интересно, как там со всем остальным? Очень бы хотелось попробовать». Эта мысль почему-то насмешила его, и он хихикнул. Маэдрос крепче прижал его к себе и вдруг ощутил на своей груди горячее прикосновение губ.
Он хотел сказать: «Эй, что ты делаешь», но голос не слушался его. Вместо него заговорил Фриц:
— Ты прекрасно танцуешь, милый, с тобой приятно.
— Да, с тобой тоже ничего, — не опуская глаз, чтоб не наткнуться на взгляд мальчишки, проговорил Маэдрос.
— Милый… Тебе уже приходилось танцевать с мужчинами?
Маэдрос усмехнулся:
— Нет, танцевать не приходилось, — он выделил слово «танцевать».
Фриц все прекрасно понял и еще откровенней прижался к партнеру. Он чуть раздвинул бедра, обхватывая ими бедра Маэдроса, и придал телу гибкое волнообразное движение.
— Прекрати, — шепнул Маэдрос, теряя последние капли неприязни к мальчишке.
Снизу на него глянули ставшие очень глубокими и нежными голубые глаза.
— Почему? Тебе не нравится?
— Нравится, но не здесь.
Фриц засмеялся, уткнувшись лицом в грудь Маэдроса. Он почувствовал, что плоть мужчины напряглась под плотной костюмной тканью.
— Не волнуйся, милый, когда будет нужно, я живо приведу тебя в боевую готовность, — шепнул он.
