«Мальчишка совсем спятил», — подумал Маэдрос и вдруг почувствовал, как горячая волна наслаждения снова разливается по телу. Фриц успел расстегнуть молнию его штанов, и его рука оказалась между ног мужчины. Они стояли на коленях друг перед другом, и Маэдрос судорожно расставил бедра еще шире, чтоб не упустить ни капли блаженства, от которого у него по коже бежали мурашки. Он был совершенно во власти мальчишки, но ему почему-то нравилось это. Мужчина начал даже забывать о той исступленной ненависти, которую испытывал к Фрицу вначале. Но мальчишка снова не удержался от того, чтоб не показать свою власть над любовником. Доведя Маэдроса до вершины сладостного оцепенения, с которой уже видны небеса, он вдруг отпустил его и отодвинулся, глядя в мгновенно исказившееся болью лицо мужчины. Глаза его с холодным любопытством впились в глаза Маэдроса. Он только пробовал свою силу, вызывая любовника на бой, но сейчас мальчишка немного перехватил. Маэдрос не походил ни на одного из его прежних мужчин, которые покорно признавали главенство Фрица. Едва рассеялся мучительный туман, окутавший сознание, как Маэдрос бросился к мальчишке, схватил за плечи и опрокинул на спину. Глаза Фрица на миг расширились. Мужчина принялся срывать с него оставшуюся одежду так яростно, что молния протестующе взвизгнула. Маэдрос был уже доведен до последнего градуса кипения и хотел только вогнать во Фрица изо всех сил и оттрахать мальчишку так, чтоб он извивался и кричал под его телом. Одежда полетела на пол, и Маэдрос всей тяжестью навалился на мальчика. На этот раз он не позволил ему обхватить себя ногами. Он уложил Фрица повыше и раскрыл ему бедра так, чтоб он касался начавшим напрягаться членом груди любовника. Он покрывал поцелуями тело мальчика, заводя его то резкими, то ласкающими движениями, пока не почувствовал, что на теле Фрица выступает пот и сам он стонет, уставившись в потолок невидящими глазами. Тогда он, сходя с ума от желания, перевернул его лицом в подушку и приподнялся на напряженных руках над его телом. Маэдрос ждал, пока Фриц попросит: «Возьми меня». Ему ужасно хотелось услышать эти слова. Тогда бы он вогнал в мальчишку по самую глотку и заставил бы его ответить за все свои фокусы. Но мальчишка только стонал, вцепившись ногтями в подушку. Он был потрясающе красив. Это Маэдрос понимал даже сейчас, когда у него в голове все мутилось от безумного желания. Линии тела мальчика были плавными и упругими, как у прекраснейших греческих статуй. К тому же это была живая статуя, наделенная огнем и желанием. И Маэдрос вдруг понял, что как-то незаметно для него самого гнев уступает место нежности. Он опустился на Фрица осторожно, но так, чтоб он не смог двинуться и выкинуть еще какую-нибудь штуку. Членом мужчина почувствовал упругое сопротивление ягодиц мальчика и, раздвинув их, мягко вошел в него. Фриц удовлетворенно застонал и расслабился под тяжелым телом мужчины. Теперь ему было хорошо. Мальчик любил горячую тяжесть чужого тела, прижимающего его к простыням, и предпочитал сильных мужчин. Ему не хотелось больше враждовать с Маэдросом, хотелось только покориться ему и ждать, пока мужчина доставит ему наслаждение. Их тела пришли в согласное движение, гибкое и упругое. Фриц раскинул руки, расслабив каждый мускул. Он не помогал своему любовнику, только раскрывался под ним, всякий раз поражаясь тому, как глубоко и сильно он входит в его тело. Маэдросу казалось, что наслаждению не будет конца. Он так крепко обхватил бедра мальчика своими, что не различал, где граница между их телами. Иногда он приподнимался, чтоб увидеть профиль Фрица, лежащий на подушке, и полюбоваться плавными движениями его тела. Он на несколько секунд прервал движение, желая сколько возможно продлить удовольствие, и мальчишка недовольно передернул бедрами. Это движение вернуло Маэдросу силы. Он снова принялся за дело, но на этот раз Фриц стал помогать ему. Он то сильно обхватывал его член ягодицами, то расслаблялся под ним, позволяя ему проникнуть так глубоко, насколько Маэдрос мог достать. Постепенно мужчина и мальчик пришли в прежнее возбуждение. Ни один из них не хотел позволить побороть себя в решающем туре и кончить тогда, когда это позволит партнер. Маэдрос с силой просунул руку под живот мальчика и нащупал его напряженную плоть. Фриц ответил ему стоном. Движения его тела вдруг стали резкими, взметнувшиеся руки впились в бока мужчины, и от боли, внезапно слившейся с наслаждением, Маэдрос кончил. Фриц отстал от него на секунду, и их вопли прозвучали почти одновременно. Потом Маэдрос свалился со спины мальчика, ощущая неприятное разочарование. Впрочем не такое сильное, чтоб испортить ему удовольствие. Мальчишка оказался силен, как дикий жеребенок, но тем интереснее объезжать такого.
— Послушай, если тебя не затруднит, принеси мне вина, — попросил Фриц, не отрывая лица от подушки.
