Воздух менял цвет от желтой охры до голубизны. Солнце готовилось скрыться за горизонтом, тяжелые тени подчеркивали рельеф местности. Я вел машину, сжавшись от напряжения, как в тот далекий день, когда, получив права на вождение, впервые столкнулся с автомобильным движением в Париже. В то время я был бедным парижанином, любителем триллеров. Я бредил черно-белой Америкой,
Дыхание мое прерывалось. Я ускорялся и сразу же тормозил, поскольку малейший инцидент с полицией означал составление протокола, и это могло стать доказательством того, что из дома Энджи я уехал один.
Я проезжал густонаселенные места, берег озера был забит людьми, и лишь изредка попадались свободные пляжи, позволявшие пройти к воде. Рекламные щиты восхваляли достоинства супермаркетов, а в лавках, которые открывались только на летний сезон, убогие стеллажи были завалены ужасными сувенирами. В окрестностях озера Тахо все находили то, что им было нужно: бедняки, богачи, здоровые, хилые, притворщики, любители приключений, акулы, рыбы-лоцманы, но только не я.
В аэропорту Рено я оставил машину на стоянке для сдаваемых напрокат автомобилей, бросился к окошку фирмы «Герц», положил на стойку справку о прокате и словоохотливо произнес:
— Вот, сдаю вам «олдсмобиль». Все было прекрасно, жена всегда говорит мне, что у вас безупречное обслуживание. И она права.
И сразу же мысленно обругал себя: я вел себя как новичок, который всему удивляется. Что за идея высказывать комплименты равнодушной служащей многонациональной компании? Однако я повторил, что «моя жена то, моя жена это». Я старался оставить след и создать хотя бы небольшое алиби. Девице было совершенно наплевать на хорошее мнение моей жены, ее рабочий день заканчивался, она не сможет даже вспомнить о типе, который пытался с ней поболтать.
По дороге в Рено я надумал уехать в Лас-Вегас, ведь в толпе можно было легко затеряться. Я бы сказал Сину, что мы решили в последний момент совершить паломничество к местам нашей любви. А там мне надо найти решение, чтобы спасти свою шкуру или исчезнуть. Но куда?
Я прошел в зал продажи авиабилетов. Там стояла целая шеренга билетных касс: маршрут из Рено до Лас-Вегаса обслуживало большое число частных авиакомпаний. Остановившись у первого попавшегося окошка, я уже собрался было купить один билет до Лас-Вегаса, но тут по моему телу пробежала судорога страха: я ведь не мог лететь самолетом! В случае расследования, полиция моментально обнаружила бы, что из Рено я улетел один. А если на машине? Я оставил ключи от нее стюардессе, когда она вернула мне карточку «Американ Экспресс», которую при отъезде подписала Энджи. Машина! Я был в шоке, я забыл в «олдсмобиле» мешок для мусора с моими перепачканными кровью вещами, приготовленный мне Филиппом чемодан, а также чемодан Энджи. У меня при себе был только ее портфель, вязаное итальянское манто и сумочка. А все остальное я оставил в багажнике. Я помчался как сумасшедший через зал, подбежал к окошку фирмы «Герц». Девица уже ушла! Мне пришлось все объяснять служащему, который ее сменил:
— Я был здесь десять минут тому назад, вот мой чек. Я передумал и теперь хотел бы забрать ту же машину, которую сдал.
Человек посмотрел на меня с откровенной скукой:
— Та машина, которую вы оставили на улице, могла быть отправлена на техосмотр и на мойку. Возьмите другую…
— Нет. Я хочу ту же самую. Я забыл кое-какие вещи в багажнике.
— У нас никогда ничто не пропадает. Вам все вышлют на адрес, указанный на карточке «Американ Экспресс».
— Я хочу получить свою машину…
Он затратил бесконечно много времени на то, чтобы заполнить другую анкету и зарегистрировать мою кредитную карточку.
— Попробуйте… Выйдя из здания, идите прямо, и, возможно, вы найдете ее перед гаражами на стоянке. Если не найдете, возвращайтесь сюда, я поменяю регистрационные номера в заявлении на аренду.
Увидев «олдсмомиль», я почувствовал бесконечное облегчение. Техник из главного здания собирался открыть багажник.
— Эй! Подождите, оставьте эту машину, я беру ее назад.
Человек, не обращая внимания на мои слова, открыл багажник:
— А все это чье?
