В этот момент раздался сигнал гонга, оповещающий об отбое. Хозяин на полуслове прервал речь и махнул рукой, как будто отгонял надоедливую муху. Все бросились по домам, а он тяжело и протяжно вздохнул. И тут я понял, что он просто пожилой человек, который очень устал и хочет отдохнуть. Сбросив пакеты возле кладовки, где сидел дежурный охранник, я, не заходя к хозяину в комнату, быстро отправился к себе. Во-первых, опасался за сохранность своего мешка, там всё-таки лежал мешочек с монетами, а потом, хозяин не приглашал меня зайти.
Мешок так и лежал на лавке, хотя было заметно, что кто-то пытался его развязать, но мой хитрый узел, усиленный потоком, сберёг имущество. В каморке за время моего отсутствия, поселился неприятный нежилой запах. А может я просто отвык от этого, ведь долгое время жил в комфортных условиях, где через окна врывался запах жасмина, а к хорошему быстро привыкаешь. Я распахнул дверь настежь, чтобы немного проветрить помещение и сел снаружи на корточки.
Солнце скрылось за горизонтом и на небе стали появляться звезды. С каждым мгновением их становилось всё больше и больше, пока не усыпали всё от горизонта до горизонта. Звездное небо манило к себе, не я не мог летать. Вспомнил летающие автомобили из города в моей стране и подумал, что будь они здесь, это избавило бы от длительных путешествий по тряским дорогам. По идее, можно придумать схему, с помощью которой повозка будет летать над дорогой, не привлекая внимания, но я не уверен, что у меня достаточно на это знаний. В темноте проснулась мошкара, и я поспешил укрыться внутри.
После проветривания стало немного комфортнее, несколько это слово применимо к старой хижине. Первым делом я активировал поток освещения в режиме невидимки, достал из мешка кусок недоеденной лепешки, и бутылку с остатками прокисшего молока, купленных на ярмарке и наскоро перекусил, ведь о моём ужине никто не позаботился. «С возвращением!» - грустно сказал я и вздрогнул от предчувствия чего-то неминуемого.
Первой проблемой было – куда девать мешочек с выигранными монетами? Просто так оставить в хижине – это ввести всех в соблазн. Носить при себе, зашив в пояс, как это делали ученики в лагере – это не вариант. Спрятать пару-тройку мелких монет ещё возможно, но что делать с почти полусотней золотых? Отдать на хранение хозяину? Но что-то подсказывает, что делать этого не стоит. И посоветоваться не с кем… Почему это не с кем? А Горазд? Я даже подпрыгнул от такого решения. На принятие мер безопасности и восстановление портала ушло не более пяти минут.
– Э-э-э, Михаил, что-то ты медленно соображать стал, – с улыбкой произнёс Горазд, появляясь в каморке. – Совсем мозг отбили в этих боях? Я тебя уже три часа жду по ту сторону портала. Жду, когда ты дверь откроешь.
– И я раз тебя видеть. – сказал я. – Прости, я задумался.
– Ладно, прощаю. Ну, что за проблема?
– Где деньги надежнее спрятать?
– Конечно в банке, – уверенно произнёс он. – Арендуешь ячейку и в любой момент можешь пользоваться ею.
– Но это мне надо попасть в банк для оформления договора…
– Ты отстал от жизни, – ухмыльнулся Горазд. – Можно просто написать доверенность и за тебя это сделают другие.
– А как я буду пользоваться ячейкой?
– Через портал.
Мы не стали долго разговаривать, я быстро написал доверенность на имя Алекса Аронова, и Горазд отправился улаживать дела. А я в ожидании его раскрыл свиток и попытался прочитать, что там написано. Но язык этот был мне не знаком, а воспользоваться переводчиком при открытом портале я не мог, чтобы случайно не сбить настройки.
Чтобы не страдать от безделья, я стал рассматривать причудливый орнамент, выписанный по краю свитка. Узор медленно перетекал из одной фигурки в другую. Образуя единый замкнутый орнамент. И тут меня осенило: а ведь это схема! Огромная, многофункциональная схема, объединяющая множество знакомых мне участков в единое целое…
Появившийся из портала Горазд нашел меня в состоянии величайшего возбуждения.
– Ты представляешь, что это такое? – воскликнул я, тыча пальцем в развернутый свиток.
– Похоже, представляю, – задумчиво произнёс он, разглядывая орнамент. – И что-то мне подсказывает, что эту вещицу тоже надо спрятать в ячейке.
Проснулся по звуку гонга, с помощью потока наскоро устроил себе некое подобие душа и поспешил на плац, где уже заканчивалось построение для проведения утренней тренировки. Я встал в строй, ощущая запах сотни потных тел. С тех пор, как ощутил, хоть и на короткое время, некое подобие свободы и комфорта я стал задумываться о необходимости гигиены. Надо предложить хозяину… хотя, куда я лезу, кого я из себя возомнил. Чемпион? Сын друга хозяина?
Я по-прежнему раб и живу в хижине. А эти сильные молодые парни хоть и источают неподобающие ароматы, но полны мужества и чисты душой. За время пребывания в лагере я заметил, насколько дружелюбнее стали они относиться друг к другу вне ринга, а это явный прогресс. Значит у них есть шанс не превратиться в убийц.
– Михаил!
