От Кожника #2 я поехала домой, чтобы сосредоточиться и решить, как же быть со всеми прописанными лекарствами. Мне казалось полным абсурдом принимать столько всего одновременно. Мы с мамой поудивлялись, но решить ничего не смогли. Я собралась ехать за лекарствами, но в этот момент раздался телефонный звонок – звонила удивлённая фармацевт из аптеки.
– Извините, пожалуйста, но на ваше имя поступило столько рецептов, причём некоторые из лекарств стоят $100. Я хотела убедиться, что вы собираетесь всё это выкупать, – застенчиво поинтересовалась у меня женщина на другом конце провода.
Тут я подумала, что раз даже фармацевт недоумевает, то, наверно, лучше подождать и подыскать #3, может повезёт. Я попросила пока ничего не предпринимать, а сама продолжила свои поиски. Метью порасспросил на работе, и ему порекомендовали особо хорошего, но в Нью-Йорке, причём, как ни странно, Доктор мог меня принять на следующий день. Пришлось не посылать младшего сына в школу, так как ехать в Нью-Йорк к врачу – дело нешуточное: с поездами, дорогой и ожиданием может занять довольно много времени.
Был морозный январский день; согреваемая надеждой, что городской врач разберётся, я отправилась в Нью-Йорк. Офис Кожника #3 был маленький, чистый, светлый и уютный, да и ждать пришлось недолго – минут пятнадцать, так что всё шло как по маслу.
– Что тебя привело ко мне? – поинтересовался приветливый Доктор.
– Сыпь, – сказала я, показывая свои «укусы». – Что же это может быть?
– Дерматит, – без какого-либо сомнения ответил Кожник #3.
– А что значит дерматит? – спросила я с оптимизмом по поводу определённого и уверенно прозвучавшего диагноза.
– Сыпь, – столь же чётко объяснил Доктор.
– А…, понятно, – протянула я с поубавившимся энтузиазмом и начала про себя размышлять.
Интересно, если сыпь – это дерматит, а дерматит – это сыпь, нельзя ли обойтись употреблением одного из слов? Подумав какое-то время, я ощутила всю абсурдность поставленного мною вопроса. Я поняла, что сыпь – это жалоба, а дерматит – это диагноз!
Кожник #3 сказал, что мои «укусы» появились от сухости и зимы; велел не мыться, не купаться, не умываться, мыла не употреблять, мазать более сильную стероидную мазь (которую он прописал), обзавестись бидоном увлажнителя кожи и постоянно им пользоваться. Уверенность, чёткость и определённость Доктора окрылили меня, да и диагноз, заменивший жалобу, казался вполне убедительным – не зря за ним ехала в Нью-Йорк.
С тех пор аккуратно выполняю все предписания, лучше пока не становится. На языке постоянно вертятся отрывки из «Мойдодыра», а на уме – лютая зависть по отношению к судьбе его главного героя. Но это неважно, так как сказали, что до апреля точно всё пройдёт.
Вернусь к основному сюжету. Видя, что ни один Доктор мне ничем не помогает, я решила обратиться к альтернативной медицине.
В Нью-Йорк из Портланда (штат Орегон) приехал мой хороший приятель – физик, окончивший Московский Физико-Технический Институт. Мы встретились у наших общих друзей, и я ему поведала, что со мной столько всего напроисходило, что чувствую я себя безвылазно погано. На это он мне сказал, что в Портланде есть совершенно потрясающий иглотерапевт – китаец, какое-то время живший в Советском Союзе и говорящий по-русски. И вот этот чудо-иглотерапевт спас и его (моего приятеля), и его жену от самых разнообразных недугов. Меня особо привлекла история с его женой, так как она тоже страдала повышенной нервозностью, и её тоже не покидали какие-то страхи, связанные с медицинским прошлым. Я вдохновилась, послушав рассказы моего приятеля, которому бесконечно доверяю, и уже не сомневалась, что Доктор Ченг поможет и мне. Но не лететь же в Портланд. На радость, оказалось, что этот иглотерапевт настолько велик, что обширная клиентура у него имеется и в Нью-Йорке, где он довольно часто бывает.
Я позвонила Доктору Ченгу, он был приветлив и сказал, что мне крупно повезло, так как он будет в Нью-Йорке в конце месяца. Обещал, что, как приедет, мне позвонит. Слово своё он сдержал, позвонил, но оказалось, что у него уже столько записанных на приём пациентов, что времени на меня найти трудно. Тем не менее, он выделил мне маленькое окно в предельно неудобное для нас время. Делать было нечего, пришлось соглашаться. Мама в это время была в Ереване, так что я оставила детей с приехавшей мне на помощь тётей и своей подругой, а муж взял день отпуска, чтобы везти меня в далёкий Бруклин. Чего только не предпримешь, дабы вернуть себе драгоценное здоровье!
Приём был назначен на два часа дня, выехали мы ещё до двенадцати, разумеется, попали в пробку, но к двум часам всё же подъехали к дому иглотерапевта. Метью меня высадил, чтобы я не опоздала, а сам поехал парковаться.
