Он не ответил, и от волколака исходило ощущение опасного спокойствия. Словно ничто со стороны не могло бы угрожать мне, но при этом в самом Вукуле я уже не была уверена так, как раньше. Это существо на самом деле совершенно иное. Страж посмотрел на меня алыми глазами и коротко кивнул, а по спине моей поползли мурашки.
— Возможно, — тихо ответил он и остановился, поджидая, и я опасливо приблизилась. — Ты можешь попросить меня один раз. Это будет прощальный подарок от прежнего Вукулы.
— Прощальный?..
Я сглотнула и скрестила руки на груди.
— Как-то ты сказал, что пока ещё мой друг, — проговорила я и пытливо посмотрела в его красные глаза: — А что скажешь сейчас?
Вукула медленно отвернулся, и я едва расслышала его глухой голос:
— Как я хочу вернуть момент, когда ничего не помнил!
— О чём ты говоришь? — насторожилась я.
Но и на этот вопрос ответа я не получила, поэтому двинулась дальше и, стараясь прогнать неприятное ощущение, внимательно оглядела ярко освещённую пустынную аллею. Заметила у распахнутых ворот пару стражей. Видимо, те дежурили, ожидая появления представителей Комитета. Я поспешно отвела взгляд от тел мёртвых зверей на обочине и осмотрела сияющий окнами домик: дверь была распахнута, и изнутри не доносилось ни звука. Я шла по дорожке, и лишь гравий шуршал под ногами.
— А где все? — подозрительно спросила я, заглядывая в пустое помещение.
— Разошлись, — услышала я сверху знакомый голосок.
Я вскинула голову и с улыбкой посмотрела на русалку, которая разлеглась на широкой ветке ближайшего дуба. Забава довольно щурилась и поглаживала дерево, словно огромного кота, а зелёные листья мелко тряслись, словно тот отвечал довольным урчанием.
— А Канила? — уточнила я.
За русалку ответил Вукула:
— Стражи не посмеют удерживать хранителя. Он ушёл.
Я схватилась на голову и застонала, а Забава подалась вперёд:
— Мара, тебе плохо?
— Я так и не сказала ему, что в кулоне совсем другое воспоминание!
— Это не важно, — осадил меня Вукула и схватил моё запястье: — Идём!
— В логово? — несчастным голосом уточнила я.
Вукула ухмыльнулся.
— Слушать ты так и не научилась, — строго ответил он. — Скоро прибудут представители Комитета, потому Канила и уехал. Или ты хочешь зависнуть здесь на всю ночь, давая показания? Мне казалось, у тебя несколько иные планы. И кстати! Русалку в рощу больше не приводи…
— Серьёзно?! — взвыла Забава, нежно обнимая ветку. — Вукула, зачем ты лишаешь меня такого удовольствия? Я же всегда поддерживала тебя!
— Слезай, — холодно бросил он.
Забава медленно начала спускаться, и до меня донеслось её сбивчивое ворчание. Я же огляделась в поисках Багиры, но Вукула нетерпеливо потянул меня за руку.
— Я передам ей, что ты благодарна, — рявкнул он. — Уходите немедленно.
Я послушно ухватила русалку за ладошку и потопала к распахнутым воротам. Кивнула молчаливым магам, которые сторожили вход в рощу, и обернулась. Вукула поднял руку в прощальном жесте и громко сказал:
— Я больше не твой друг, Мара, но пока ещё не твой враг…
Я вздрогнула и поспешно покинула Дубовую рощу, сжимая в кармане сотовый. Надеюсь, Лежик уже пришёл в себя. Мне срочно нужна помощь брата.
— Что мы тут забыли? — нервно спросил Лежик.
Инкуб покосился на каменную стену так, словно за ней находилось как минимум десяток тигров. Я понимающе ухмыльнулась:
— Мне необходимо пробраться в Крамор! И я прошу помощи…
— Интересно, а чем могу помочь я? — удивлённо спросила Забава.
В руках русалка теребила красное платье, которое некогда дала мне Аноли, а голые плечи Забавы мелко дрожали. Я положила ладонь ей на локоть и уверенно произнесла:
— Если что-то пойдёт не так, то ты станешь замечательным отвлекающим манёвром, а заодно и сама душу отведёшь! Как давно ты не наслаждалась восхищением мужчин?
— Давно! — мрачно буркнула Забава. — Больше суток уже прошло… А ты уверена, что мужчины, скрывающиеся за этими стенами, будут любоваться мной, а не моим хладным трупом?
Я поджала губы и приподняла брови, а Забава насупилась и пробормотала:
— Позвала бы Вукулу, он сильный и охранял бы меня…
Я тяжело вздохнула:
— Вукула стал очень странным, и я не уверена, что поступила правильно, позволив стражам провести ритуал. Сначала он потащил меня в логово, но у ворот с ним произошла перемена. Он словно бы… проснулся. И проснулся действительно другим человеком. Нет, не человеком. Существом.
А ещё мне не хотелось так сразу использовать его прощальный подарок, но об этом я не могла сказать. Потому что мне было больно думать о том, почему я не желаю оборвать последнюю нить между нами.
— И что? Я вот тоже не могу себя с полной уверенностью назвать человеком, — упрямо возразила Забава. — Скажи прямо, что совесть не позволила попросить о помощи после того, как ты ему столько раз отказала да ещё помолвилась сразу с двумя парнями! Вот только скажи мне, как ты будешь уживаться со своей совестью, если твою любимую и единственную подругу растерзают инститоры?
Я невольно рассмеялась и махнула рукой, а Забава насупилась.
