– Обождите, не горячитесь, – остановил его мистер Джентль. – Вы можете немедленно обратиться в суд. Но подумайте: точно ли ваши действия улучшат положение мистера Уотерстоуна? Что, если суд рассмотрит дело и решит, что в тюрьме ему самое место. Какие у вас имеются доказательства его невиновности?
– Человек с таким буйным нравом не мог заколоть втихаря. Он бы махал кулаками и ругался. Он перебудил бы весь город, – сказал молодой человек.
– Однако же человек с таким буйным нравом терпит проделки супруги, о которых говорят все вокруг, – возразил мистер Джентль. – Сами знаете, люди ведут себя по-разному. Многие, несмотря на буйный нрав, прикидываются тихонями, когда нужно. Словом, пока ваши доводы в защиту мистера Уотерстоуна не так убедительны, как ваши же доказательства его вины.
Кирилл Карлович потупил глаза. В душе его шла борьба. Хотелось сказать собеседнику, что лучше попробовать, чем сидеть сложа руки. Но при здравом рассуждении приходилось признать, что Аглечан прав. Сперва нужно было добыть доказательства невиновности мистера Уотерстоуна. Иначе того оставят за решеткой. Кто знает, будет ли суд второй раз рассматривать этот вопрос, если даже он вооружится неоспоримыми аргументами. Нет уж, сперва улики, потом суд.
– Э-эх, угораздило же меня такую свинью подложить человеку, – вздохнул Кирилл Карлович.
– Но что вообще привело вас в тот пансион? – спросил Аглечан.
– Леди Амалия, – признался молодой человек. – Я никогда не встречал такой девушки. Я без ума от нее.
– Вот как, – покачал головой мистер Джентль.
Теперь Кириллу Карловичу показалось, что его откровенность огорчила Аглечана.
– Пожалуй, примем еще по стаканчику, – сказал мистер Джентль.
Он заказал новую порцию виски. Некоторое время Аглечан молча разглядывал золотистую жидкость в стакане. Затем сделал глоток и посмотрел на Кирилла Карловича.
– Вы удивительный человек, – промолвил мистер Джентль. – При других обстоятельствах я бы непременно уделил вам больше внимания. К сожалению, сейчас я крайне занят. Но скоро у нас будет уйма времени для дружеских бесед. Я непременно сделаю визит в русскую миссию. Смею надеяться, что вы не отвергнете мою дружбу.
– Вы можете смело считать меня другом! – воскликнул Кирилл Карлович.
– Вы пока совсем не знаете меня, – ответил Аглечан. – Но благодарю за аванс. То, что я сейчас вам скажу, я скажу, руководствуясь самым дружеским к вам расположением.
Кирилл Карлович не притрагивался ко второму стакану виски. Он ждал совета от мистера Джентля.
– Вы рассказали констеблю, что считаете Уотерстоуна невиновным. Вы все объяснили: и то, почему подозревали его, и то, почему ныне ваши подозрения развеялись, – проговорил Аглечан.
– Так и есть, – кивнул князь Карачев.
– Значит, ваша совесть чиста, – сказал мистер Джентль. – Теперь самым правильным будет предоставить дело констеблю и мистеру Хемсворту. Вы исполнили свой долг. Они должны исполнить свой: расследовать этот случай, наказать преступника и оправдать Уотерстоуна, если тот невиновен. Вам следует вернуться в русскую миссию. Займитесь тем, для чего вы прибыли сюда из далекой России.
Кирилл Карлович подумал о том, что Аглечан прав. Он исполнил свой долг и может с чистой совестью выкинуть рыжего Билла из головы. Но в груди появилось стеснение, дышать стало трудно.
– Положиться на мистера Миллера и мистера Хемсворта, – промолвил князь Карачев. – Нет, я так не могу…
– Что ж, я и не ждал от вас другого ответа, – улыбнулся мистер Джентль, но в следующий миг убрал улыбку. – Однако я настаиваю. Бросьте эту затею. А я обещаю вам, что займусь судьбой мистера Уотерстоуна. Я пойду в контору на Боу-стрит и поговорю с мистером Хемсвортом. Я не оставлю дело, пока не будет оправдан Уотерстоун. Или пока не будет безоговорочно доказана его вина.
– Даже не знаю, как ответить на это, – промолвил князь Карачев.
Предложение Аглечана изумило юношу. Мистер Джентль выглядел совершенно искренне. Но в голове не укладывалось, зачем ему взваливать на себя заботу о незнакомом человеке.
– Не нужно ничего отвечать. Просто пожмем друг другу руки, – сказал Аглечан.
– Но для вас это хлопоты о совершенно неизвестном человеке, – промолвил князь. – Будет ли у вас время? Вы говорили, что заняты в ближайшие дни.
– У вас завидная наблюдательность, – ответил мистер Джентль. – Тем не менее я не оставлю мистера Уотерстоуна в беде. Поверьте, я смогу сделать для него больше, чем вы. Это не в укор. Вы всего третий день в Англии.
– Но зачем вам это? – спросил Кирилл Карлович.
– Видите ли, мой дорогой друг, я люблю делать добрые дела. Особенно такие дела, которые приводят в движение цепочки добрых дел.
– Мудрено, – покачал головой князь Карачев.
– Напротив, – возразил Аглечан. – Когда наступит счастливый исход дела, я расскажу мистеру Уотерстоуну, что своим освобождением он обязан вам. Я возьму слово с него, что он в благодарность Господу сделает бескорыстно добро еще кому-нибудь и возьмет с того человека слово помочь следующему нуждающемуся…
– Мудрено, – повторил Кирилл Карлович.