– Нет. Она была единственным ребенком в семье. Родители хотели еще детей, но не сложилось.
Булка взглянул на Агнес:
– Может, это просто совпадение?
Агнес покачала головой.
– Ну честное слово! – воскликнула мама. – Давайте делитесь уже!
Агнес вздохнула:
– Мам, я даже не знаю, как сказать… Я выяснила вещь, которая может довольно сильно повлиять на нашу жизнь. На нас с тобой.
– Я вся внимание, – ответила мама.
Агнес взяла письма со стола, и фотография Альгота выпала из сложенного листа. Мама выхватила фото и внимательно его изучила.
– Кто это? – спросила она.
– Я думаю, это мой прадед, – ответила Агнес.
– Да что ты болтаешь? – рассмеялась мама. Она посмотрела на конверты у Агнес в руках. – А это, наверное, письма от твоего пропавшего прадедушки?
– Нет, на самом деле от прабабушки, – ответила Агнес. – Я тебе сейчас расскажу очень странную историю. Но она может оказаться правдой.
Когда Агнес закончила свой рассказ, уже наступила ночь. В кухне царил полумрак, и мама казалась задумчивой.
– Мы выясним, правда ли это, – сказала она. – Ведь журналисты разгадывают загадки, или как ты там говорила. Например, расследуют историю пропавшей бабушки.
Агнес рассмеялась.
– Скорее, историю пропавшего ребенка, – поправила она, но мама покачала головой:
– Нет, именно бабушки. Про ребенка понятно. Им, вероятно, была моя мать. Но мы не знаем, где бабушка. Нужно найти Агнес Марию.
– Музейный экскурсовод знает, где она, – тихо сказала Агнес. – Если она только согласится рассказать.
– Конечно согласится, – сказала мама. Затем она взглянула на Булку, который клевал носом за столом. – А сейчас надо спать. Завтра будет новый день. Булка, давай я подброшу тебя домой? Я одолжила машину в редакции.
– Спасибо, – прошептал Булка, не открывая глаз.
Агнес взволнованно ждала, пока мама набирала на телефоне номер, найденный в нижнем углу сайта. Сайт назывался «Дом престарелых в Руусулааксо. Полноценная жизнь каждый день».
Мама откашлялась и немного подождала, прежде чем на звонок ответили.
– Добрый день, меня зовут Улла Холмела, – начала она. – У меня… Я звоню по немного необычному делу. У вас есть клиентка, которая, очевидно, много лет жила в вашем доме престарелых, но этой весной ее перевели в стационар. – Мама с сосредоточенным видом кивнула. – Да. Ее зовут Агнес Мария Брикнен. Да. Я хотела бы с ней поговорить, если это возможно. – Затем мама только слушала. Она наморщила лоб. – Да, я родственница. Видимо.
Я это только что выяснила, я не знала о нашем родстве раньше. Верно, всего два дня тому назад. Извините? Да, конечно, ей это известно. Но она еще не знает, что это известно и мне. – Мама нервно рассмеялась. Она послушала немного и продолжила: – Да, можно сказать, что она сама с нами связалась. В письмах, именно так.
Нет, мы никогда не встречались, и именно поэтому я и звоню. Я хотела бы с ней встретиться.
Я думаю, что и она хочет встретиться со мной и моей дочерью. – Вдруг мама сделалась очень серьезной. – Я понимаю. Мне жаль. Насколько в плохом состоянии? Можно нам все-таки приехать, хотя бы ненадолго? Мы можем приехать уже сегодня. Я понимаю, что она, возможно, не будет в сознании. – Мама еще немного послушала. – Вы не могли бы… Если она вдруг проснется до того, как мы приедем, вы не могли бы ей рассказать, что я звонила? Что дочь и внучка Агнес Маргареты получили письма и едут к ней. Да, именно так. Агнес Маргарета. – Мама улыбнулась. – Большое спасибо, выезжаем. Будем у вас примерно через два часа. Спасибо еще раз.
Мама положила телефон. Она посмотрела на Агнес:
– Готова выходить?
Агнес кивнула:
– Конечно готова. Пойдем.
Агнес с мамой ехали через зеленые поля в дом престарелых в Руусулааксо. По радио обсуждали историю успеха финских спортсменов, и Агнес вздохнула от скуки.
– Можно переключить канал?
– Конечно переключи. Поищи музыку, – попросила мама, и Агнес начала крутить ручки.
– Как это работает?
– Да это же обычное радио, – ответила мама. – Там такая большая круглая кнопка, видишь ее?
– Эта? – спросила Агнес и нажала на кнопку. Радио зашипело.
– Видимо, нет. Попробуй нажать какую-нибудь другую. О, оставь вот эту.
Машину заполнила спокойная гитарная музыка.
– Мам, – начала Агнес.
– Да?
– А как ты думаешь, бабушка знала, что у нее была и другая мать?
Мама покачала головой:
– Не думаю. Она всю свою жизнь была уверена в том, что она дочь своих родителей, с которыми провела все детство. И она прожила счастливую и хорошую жизнь и не тосковала по чему-то иному.
Агнес задумчиво смотрела на поля за окном. Мама рассмеялась и добавила:
– Но ты знаешь, все-таки в имени Агнес есть что-то особенное. Мама была в этом абсолютно непреклонна: тебя должны были назвать Агнес! По ее словам, это имя передавалось в роду. Я помню, как мы с твоим папой над этим посмеялись. Как же, передавалось в роду, если первой Агнес в роду была моя мать! Ха-ха! – Мама посмеялась, но затем снова сделалась серьезной. – А оно и правда передавалось в роду, хотя мы тогда этого и не знали.
