— Серьёзно. — Он провел рукой по выгоревшим волосам. — Я не могу продолжать делать то, что считаю грехом. Скоро у меня появятся обязанности.
Она откинула голову назад, чтобы посмотреть на него, чувствуя, как дневной свет красиво освещает ее лоб.
— Мы никому не причиняем вреда. В любом случае, если бы это не было немного греховно, это не было бы так весело, согласен?
Он засмеялся и стал прежним Кори.
— Бет, ты чертовски хороша, — сказал он, явно цитируя какой-то мирской фильм, который видел по телевизору на заправке. — Но самое главное — это загробная жизнь. Мы повеселились и должны начать серьезно относиться к вечной жизни. Пока не стало слишком поздно.
Она выскользнула из его объятий, раздраженная упоминанием о загробной жизни — той смутной концепции, вокруг которой была вынуждена вращаться ее жизнь.
— Если ты так считаешь, тогда зачем я тебе понадобилась?
Он поморщился.
— Нет ничего плохого в том, чтобы грешить, когда ты молод, если это ничего не значит. Но теперь всё по-другому. Мы никогда не должны были выбирать друг друга. Нам следовало бы дождаться решения Бога.
— Решения Бога относятся только к бракам, — сказала она беззаботно.
— Относитесь к другому полу, как к змеям, — парировал он. — И оставайтесь целомудренными.
— Это из-за твоего отца? Он тебе что-то сказал?
Парень нахмурился, пытаясь решить, как много рассказать. Теперь, когда она чувствовала, что вот-вот потеряет его, он выглядел еще красивее, чем прежде.
— Ты знаешь, что я должен унаследовать поместье?
Она закатила глаза.
— Все об этом знают.
— Вчера, отец сказал, что Господь непременно благословит меня множеством жен — как только я стану достаточно взрослым для женитьбы. Можешь представить, насколько это большая ответственность? Я буду главой семьи, Бет. И не когда-то там, а очень скоро.
Вспышка боли, быстрой и острой. Девушки выходили замуж в четырнадцать лет, но мальчики, как главы семей, ждали до восемнадцати.
Кори уже было семнадцать.
— Ты этого хочешь? — спросила она. — Быть высокопоставленным главой семьи с десятками тупых, послушных жен?
— Я хочу быть праведным человеком.
Она топнула ногой — ничего не могла с собой поделать.
— Кори Джеймсон, ты просто зануда! Ты достаточно умен, чтобы быть, кем угодно, и делать, что угодно. Ты можешь уйти, если захочешь! Извне тоже есть жизнь.
Эти слова, как затаённые мечты, соскочили с её языка.
— Но тогда я буду проклят, — сказал он. — Между нашим поселением и геенной огненной, я предпочту первое.
Бет скрестила руки на груди и перевела взгляд на каньон.
Что с ней не так, если ей наплевать на то, что она будет проклята?
Горячие слезы внезапно потекли по ее щекам.
В одно мгновение бедный, раздираемый противоречиями Кори заключил ее в объятия.
— Эй, Бет. Не плачь. Пожалуйста, не надо.
Она прижалась щекой к его ключице.
— Надеюсь, ты будешь счастлив со своей дюжиной жен, — с горечью сказала она. — Надеюсь, они будут ужасными клячами.
Он погладил ее по волосам.
— Давай не будем сейчас об этом думать. Пока я свободен, мы можем продолжать встречаться. Но знаешь, если кто-нибудь когда-нибудь узнает…
Бет подумала об Агнес — сестре, хранящей секреты, — и заплакала еще сильнее.
— Ты знала, что это не навсегда, когда мы только начали встречаться, — сказал он. — Так что же тебя на самом деле беспокоит?
— Агнес, — воскликнула она. — Она улизнула тайком!
Он нахмурился.
— А кто из девочек — Агнес?
— Ты на неё раньше не обращал внимание, потому что она неприметная, — сказала она обвиняющим тоном, отстраняясь. — Ты знаешь всех хорошеньких девушек по именам.
Он покраснел.
— Не всех.
Но Бет знала, что она права. Это было самое странное, потому что в её глазах Агнес обладала поразительной красотой. Было что-то в том, как она держалась. В наклоне ее головы. Черты ее лица были, бесспорно, грубыми и заострёнными, и все же иногда Бет ловила себя на том, что не может отвести от нее глаз.
Она всегда думала про себя (и с легким раздражением), что для определенного типа мужчин сестра затмит ее полностью.
— Агнес — моя старшая сестра, — сказала она с иронией в голосе. — Образец добродетели.
— А, понятно. — В голосе Кори звучало удивление. Когда он не включал режим святого, то был очень даже не прочь развлечься. — Значит, у нее есть тайный парень?
— Я так не думаю. — Бет прикусила губу, размышляя. — Не думаю, что она когда-либо грешила даже в собственных мыслях.
— И что же, по-твоему, она задумала?
Девушка закусила ноготь большого пальца.
— Боюсь, она делает что-то благородное.
— Неужели? Например, что? — Как будущий честный глава семейства, Кори всегда интересовался отважными поступками. — Не обижайся, но что может
— Я не знаю, — отрезала она, слегка обеспокоенная.
