— Значит ли это, что… — она бросила на Агнес горящий взгляд. — Моя семья на небесах, Агнес? Так?
По ее коже побежали мурашки, но разве этот вопрос не был неизбежен? В конце концов, кто-то собирался попросить ее объяснить тайны за пределами ее понимания, и она должна была сделать выбор: между утешением и правдой.
На долгое-долгое мгновение Агнес захотелось дать девушке утешение. Хотелось сказать ей: да, семья, которую ты любишь, ждет тебя на небесах. И Джаз бы поверила. Но она не могла, потому что Бог пространства молитвы всегда требовал правды.
— Я не знаю. Мне очень жаль.
Взгляд Джаз стал жестким.
— Что? Разве ты не пророк или что-то в этом роде?
Агнес стало дурно.
— Пожалуйста, не смотри на меня так. Я не могу быть… таким пророком.
— Каким «таким»?
— Из тех, кто утверждает, что знает ответы на все вопросы. По моему опыту, они лгуны.
— Но в этом-то все и дело, не так ли? — язвительно сказала Джаз. — У тебя нет никакого опыта в реальном мире, но все же ты получаешь больше ответов, чем все мы.
Тогда, в библиотеке, Агнес никогда бы не подумала, что однажды ей придется сражаться со сладкой Джазмин. Но тогда дорога, такая неумолимая и трудная, была как другой мир.
— Джаз, я знаю, что ты боишься…
Телефон Агнес включился, и она почему-то представила себе сестру. Бет. Может быть, это был ее голос по телефону?
Агнес вскочила, не обращая внимания на отрешенное выражение лица Джаз. Она сняла телефонную трубку и снова набрала загадочный номер.
Звонок прозвучал только один раз, прежде чем она услышала твердый, последний щелчок. Затем ей в ухо мягко произнес женский голос:
— Ваш поставщик услуг с сожалением сообщает вам, что в результате продолжающейся чрезвычайной ситуации сотовая связь будет прекращена на неопределенный срок. Для получения дополнительной информации настройтесь на свой местный канал. До свидания.
Незнакомые чужие слова ошеломили ее.
— У меня проблема с телефоном.
Джаз натянуто улыбнулась.
— Не заряжается?
— Я пыталась кому-то перезвонить… И тут вмешался записанный голос.
Улыбка Джаз погасла. Она пошла к палаткам, шурша и зовя остальных. Вскоре все проснулись, кроме Зика. Глаза Дэнни затуманились. Макс жевал зубочистку. Матильда сидела на бревне, потирая босые, распухшие ноги.
— Наконец-то это случилось, — сказала Джаз. — Сотовая связь отключилась.
Агнес все еще не понимала, что это значит, но телефоны, как по волшебству, оказались у Чужаков в руках. Они все пытались звонить, стуча по своим экранам.
Матильда включила громкую связь, и Агнес услышала то же самое записанное сообщение.
Ее друзья опустили руки.
— Это может быть временно, — настаивал Дэнни.
— Ага, конечно. — Макс мерил шагами палаточный лагерь. — Вот оно. Конец проклятого мира!
— Эй. — Матильда по-учительски хлопнула в ладоши. — Это ничего не меняет. Скоро мы доберемся до больницы. Тогда мы будем в безопасности.
Но Агнес не понравилось застывшее изумление на лицах Чужаков. Они нуждались в этих устройствах… само их рабочее присутствие помогало им сохранять своего рода веру.
— Это не будет длиться вечно, — говорил Дэнни. — После того, как вспышка…
Джаз повернулась к нему, ее глаза горели.
— Когда же это кончится? Это уже было целую вечность назад, так когда же? Моя семья и друзья мертвы. Мы путешествуем с девушкой, которая какая-то святая, но с нами все еще происходит всякая чертовщина! Что мы сделали, чтобы заслужить это? — Она достигла критической точки. — Сколько еще страданий мы должны вынести?
— Джаз, — сказала Агнес. — Ты разбудишь Зика.
Джаз резко повернулась к Агнес.
— Это твоя вина. Все, что случилось с тех пор, как ты приехала. Лучше бы мы с тобой никогда не встречались. Лучше бы ты никогда не приходила!
Макс дернулся, словно пытаясь удержать ее, но, в конце концов, никто не сдвинулся с места.
Агнес заморгала, чувствуя себя потерянной. Неужели это та самая девушка, которая так тепло встретила ее, когда она только приехала? Девушка, которая разводила бабочек и вплетала ей в косу атласную ленту?
Не раздумывая, Агнес скользнула в пространство молитвы. Она услышала зловещее гудение страха Джаз. Девушка-Чужачка чувствовала себя покинутой, брошенной и испуганной. Она не хотела обидеть ее. Ей просто нужно было во что-то верить.
— Джаз, — сказала она. — Мы можем поговорить наедине?
Макс встал между ними, его глаза округлились от страха.
— Агнес, она не имела в виду…
Агнес проигнорировала его и отвела Джаз в тень. В полумраке ее лицо с тонкими чертами было похожим на Бет.
— Ты же знаешь, что я ни в чем не виновата, Джаз, — сказала Агнес. — Ты же знаешь, что я такая же, как ты.
— Конечно, только с тобой говорит Бог. — Горький смех. — Бог заботится о тебе, говорит тебе все, что тебе нужно знать. И что же ты делаешь? Ты хранишь все это для себя.
Агнес стало жарко, она покраснела и устыдилась.
— Я знаю не так много, как ты думаешь. Я не знаю, что будет дальше. Я просто пытаюсь выжить.
