- Богиня сказала, мы могли бы справиться с Вельговией, но Санглату слишком благоволит Клорас, - приступил Орли к ключевой части рассказа. Народ внимал ему, едва дыша. – Санглатцы ежедневно приносят жертвы, возносят молитвы и воскуривают благовония...
- Что нужно делать? – «сообразил» я. – Ради защиты страны я прикажу возвести в столице десять новых храмов и молиться день и ночь!
- Увы, государь, - покачал головой Орли. – Нужно большее. Нужны добровольцы, которые рискнут отказаться от самого дорогого...
Толпа замерла, раскрыв рот.
- ...от своей смерти! – закончил мой шпион.
Вот она, наша самая главная и гениальная находка. Пожертвовать жизнью? В бою у моих подданных и так будет возможность сделать это. Но они не настолько ярые поклонники Богини Смерти, даже после сегодняшнего «чуда», чтобы отдавать жизнь ей.
А вот смерть?.. Отказаться от смерти, по сути – стать бессмертными?
- Сколько? – быстро потребовал я. – И как это сделать?
- Сотня или две, - так же быстро (хотя по-прежнему трагическим тоном) отрапортовался мне Орли. – Она сказала, что Верховный Лич знает, что делать.
Ещё бы этот старый скелет не знал...
Дальше события развивались уже быстрей. По всей площади прошёлся гул. Кто-то рвался в первые ряды добровольцев (похвально, похвально), кто-то напротив – орал, что Богиня Смерти желает развязать войну с Клорасом и надо снести её храмы... Таким радикалам быстро затыкали рот сами же горожане, видимо, не желая гневить Богиню.
С другой стороны – и добровольцев было... ну, значительно меньше сотни. Десяток, может, полтора, не более. Для начала, впрочем – подойдёт.
Я быстренько помиловал Орли и ещё двух несостоявшихся смертников; те, не веря своему счастью, спустились с плахи прямо в объятия народа, а Орли я велел ехать со мной – чтобы ещё раз в подробностях всё пересказать.
Да, и он действительно всё пересказал. Представление на главной площади было только первой частью величайшего обмана в истории королевства. Вторая должна была разразиться в большом тронном зале, при полном собрании придворных, буквально через час после моего возвращения во дворец. К этому моменту «сенсационная весть» разлетелась и здесь, а то, что никто не знал подробностей – только усиливало интригу.
Впрочем, и она удалась на славу. Некоторые из придворных попробовали было не поверить в рассказ нашего «смертника», но когда я подтвердил его слова, любые разговоры отпали. Конечно, меня там якобы не было в момент самого воскрешения... Но я заявил, что верю ему! А если верит король – разве могут не верить его слуги?
Весть об «отказе от смерти» облетела столицу за день. Мои глашатаи сразу же расстарались и объявили, куда стоит приходить всем, кто согласен принести эту жертву. Я добавил, что ни чины, ни звания для Богини Смерти значения не имеют. Иными словами – солдат, принёсший в жертву себя, дезертиром считаться не будет.
Единственные, кому я жертвовать собой не советовал – это высокие чины, которые некем было заменить. Впрочем... такие, как правило, и не стремились к подобному финалу, уж слишком конкретные планы у них были на остаток их земной жизни.
Добровольцы стекались в Храм Смерти, где их принимал вполне довольный Верховный Лич. Жертва была назначена через неделю, при условии что соберётся сотня или больше. Все, разом. Пока же они собирались – по одному, по два, по три. Ещё один патриот решался на это, ещё один человек собирался с духом рискнуть и узнать, что значит подобное бессмертие – так и собиралась наша сотня.
Орли пришлось задержаться в облике Шона Триара. Каждый желал поговорить с ним лично, узнать, что он видел, каково ему пришлось. Он жил в домике при замке, переоделся в красивую одежду, пожалованную мной, и старательно изображал бывшего пройдоху, который внезапно пришёл к успеху. В нём сочетались робость после казни и воскрешения – и некоторая хитринка, позволявшая ему пользоваться своим новым положением.
Нет, определённо, в парне был огромный талант. Голливуд, и не меньше! Я окончательно убедился, что с выбором мимика мне очень и очень повезло.
А что ещё это значило? То, что таких талантов – в самых разных областях – по всему моему королевству скрывается великое множество. И если один из них открылся в бывшем фермерском сынке и уличном воре, то кто знает, где откроются другие?
Моей задачей было найти эти самоцветы, отмыть их от грязи и пристроить туда, где им было самое место – на мою корону, делая её всё роскошнее и дороже.
Разумеется, весть о сенсационном чуде разлетелась не только по столице. Уже через пару дней в столицу начали стекаться жители окрестных деревень – около десятка добровольцев, но по большей части просто любопытствующих.
И, разумеется, совсем не даром свой хлеб ели санглатские и прочие шпионы. В Вельговии моя агентурная сеть была не так развита, но мои шпионы в Санглате сообщили мне, что весть о чуде дошла до императора – и он тут же объявил всё это чернокнижием и демонопоклонничеством.
