- Как хорошо, что мы вовремя вышли с чёрного хода, - сказал мне Тилль, подходя сзади. – Кстати, прямо там, на месте поймали одного из предателей, тоже почуял неладное.
- Оставь в живых, пусть хоть одного можно будет допросить, - кивнул я. – Рад, что вы живы.
В этот момент над площадью раздался громкий треск. Все вздрогнули; я поглядел наверх...
Не выдержавший такого веса балкон рушился прямо под дерущимися. Как мухи, завязшие в сиропе, медленно пролетели секунды. Одна, две, три...
И балкон с грохотом рухнул, вырвав из стены здоровенный кусок. Оглушительный звук резанул по ушам всем – даже горгульям; мы машинально присели...
- Ох... – епископ приложил руку ко рту. – Это не к добру. Трещина в стене слишком большая.
- Думаете, не выдержит? – я обернулся на него.
- Думаю, да, Ваше Величество, - подтвердил он.
- Я могу попытаться укрепить стены... – задумался Колтри. – Но хватит ли мне сил?..
- Не надо, - неожиданно приказал я. – Отходим. Ждём. Не подходим слишком близко, но и не уходим слишком далеко.
Если храм рухнет – это будет отличной иллюстрацией моих слов и доказательством неправоты жрецов. Да это можно будет трактовать как угодно! Санглат, конечно же, тоже станет это делать – но не всё ли мне равно?
- Думаю, прямо сейчас многие из них раздирают там не жрецов и даже не невинных служек, - заметил Тилль. – Думаю, они там сейчас дерутся ради золота.
- Пускай, - я мотнул головой. – Ждать долго не придётся. Они побегут, когда храм начнёт рушиться. А он начнёт...
Вновь раздался громкий треск, заставивший нас вздрогнуть от неожиданности.
- ...сейчас, - констатировал я.
Трещина шла от той стены, на которой свалился балкон. Где-то там же рядом не выдержал напор пол, затем пошли стены... Да, храм был велик и вместителен. Но архитектор-то предполагал, что народные массы будут стоять на первом этаже, а не побегут наверх!
- Вы десять остаётесь с нами, - приказал я горгульям. – Остальные – идите внутрь и вытаскивайте народ. Женщин и детей в первую очередь. Или раненных – они наверняка есть там. Тех, кто не может выбраться сам.
Сейчас должна была начаться ещё более сильная давка – народ сообразит, что происходит, и побежит наружу, в безопасность, своим бегом только ещё больше провоцируя разрушения.
Храм Культа Светлого Шарда рушился прямо на моих глазах.
К сожалению, жертвы нашлись. Наверное, без них вообще нельзя было обойтись, при том раскладе, к которому мы пришли. И не то чтобы я был таким сентиментальным, не то чтобы я жалел каждого мертвеца в стране. Просто... шла война, все были на счету.
Другим моментом, который не порадовал меня, стало то, что из предателей выжили только трое. Я хотел, чтобы они увидели мой триумф!.. Ну да ладно. Во всяком случае, мы избавились от проблемы, и это не могло не радовать.
Не знаю, как бы мы разгребали последствия, если бы не неожиданное предложение, поступившее от Виаля, который тем же вечером узнал о произошедшем.
- А что, если воскресить всех умерших?
Я задумался. Мы и правда могли сделать это. Даровать новую «жизнь» каждому, кто умер, бросившись на моих врагов. Вдохнуть тем самым уверенность в остальных.
И всё-таки я не был уверен до конца, хочу ли это делать.
- Там ведь были и мародёры, - сообщил я Виалю. – В Храме было столько золота!..
- Знаю, - кивнул тот. – Надеюсь, ты отправил на руины слуг, чтобы собрать его?
- Отправил, конечно, - согласился я. – Но, боюсь, они не принесут и половины.
На самом деле меня терзала иная мысль, и была она не о мародёрах. Я неожиданно вспомнил о призраке Нимара, который мы вызвали после смерти графа во время прошлой атаки на столицу.
Нимар знал, что я не настоящий Геневис.
Я уж не знаю, что именно там было ему открыто на том свете, какой частицей Истины облагодетельствовала его Богиня, но он чуть не выдал всем присутствующим о том, что на самом деле я – самозванец из иного мира, вселившийся в тело их покойного короля.
И даже чёрт с ним, с ближним окружением. Тилль, Колтри, Виаль – я был уверен, что, откройся им правда, они бы в конечном итоге примирились с ней и приняли бы меня. Но вот если мы начнём воскрешать всех подряд...
Я провёл полдня, листая книги о некромантии. По всему выходило, что такого быть не должно. Призраки, вызываемые в наш мир, находились наполовину там, по ту сторону, и помнили то, что узнали там. Воскрешённые же мертвецы теряли всякую память о Том Свете, как только вселялись в свои старые тела.
Так что, после мучительных раздумий, я всё же согласился – и мы принялись обдумывать, как именно это лучше обставить.
Некогда величественный храм сейчас представлял из себя груду руин. Если зайти на храмовую площадь, можно было подумать, что враг уже прошёлся по ней. Но нет, это мы сами, своими силами, обеспечили подобный бардак.
После длительного совета была также принято решение – храм не восстанавливать. По крайней мере, до конца войны. Что до епископа и остальных жрецов – они были поставлены перед этим фактом.
