- Френк, ти совсем да? Напугаль, ельки-пальки! Прихожу я, значит, к тебе в комнату, а там польный хаось. Стуль поломатый, какие-то следы на ковёре, да и еще и кров на тумбочке. Я запаниковаль, началь во все колёколя бить, охрану на уши поставиль… А он тут оказывается прохлаждается… Надо был сразу мне позвонить и сообщить о том, что тебе ночью поплохело. Вот видишь как полючилос? Всталь, самостоятельно пошёль в лазарет и в обморок упаль, да еще и ударился бащкой. А если б ти кони двинуль?! Что тогда? Да мне бы башку открутили, случись, что с тобой? Зачем так подставлять, а? Я думаль мы друзи… тьфу блин, друзя.
- Извини, Стефан, так уж вышло. Не люблю тревожить по пустякам.
- Лады, проехали. – Стэфан цокнул, махнув рукой. - Как самочусте… ай блин. – ругнулся он несколько раз матом, пытаясь выговорить слово "самочувствие"; в итоге он сдался и выдал: - Ай, мать моя женщина! Жив, здоров у тибя?
- Спасибо. – я спрыгнул с кушетки. – Чувствую себя хорошо. Можем идти. Вот только пожевать бы чего-нибудь.
- А вот если би ты не шлындалься по ночам и не падаль в обморок, то как раз успель бы утром к завтраку.
- Ну, что ж поделать, сам виноват.
- Ты в этом собралься идти?
Я повернулся к зеркалу и увидел, что из одежды на мне был лишь голубой тряпичный халат, вроде тех, что носят пациенты в больницах и, слава богу, трусы. Стэфан улыбчиво покачал головой и достал с нагрудного кармана небольшой пресованный пакет с одеждой.
- Зналь, что запасной комбез тебе пригодится. Правда, с размером мог ошибиться. В любом слючай давай, надевай и пшли, время жмёт.
Я дернул за нитку и раскрыл пакет, который расширившись, выплюнул из себя синий комбенизон. Размерами Стэфан всё-таки ошибся, благо на костюме имелись старомодные застежки на ремнях и липучках. Я глянул на себя в зеркало и, зная нетерпеливость Стэфана, устремился к выходу.
По дороге Стэфан поделился со мной портативным ирригатором для чистки зубов. Водой из коридорного кулера я умыл лицо и смочил волосы, чтобы хоть как-то их уложить. Всё это я делал на ходу, чем вызвал волну смеха со стороны Стэфана. Лишь только, когда я закончил все манипуляции, куратор успокоился и с подозрительной ухмылкой взглянул на меня:
- Да что опять не так-то, а? – спросил я.
- Френк, ты ведь в курсе, что в твоей комнате с капсульёй есть полценный душ-муш и прочий удобства-мудобства?
- Зараза, - я хлопнул себя по лбу, - Совсем запамятовал.
- А еще там есть автомат со снеками и напитками, так что, как придём, у тебя будет минут десять перед погружением. Думаю, успеешь перекусить.
Пустой металлический коридор вывел нас к уже знакомому подъемнику, на котором мы опустились вниз на три этажа. Стэфан отчитался по рации о моем прибытии и хотел было войти следом, но остановился. В комнате, манипулируя проекциями голодисплея, работала Айлин. Увидев меня она, не отрываясь от работы, скорчила приветливую улыбку. Стэфан еле слышно фыркнул в сторону Айлин и быстро удалился. Я же, не теряя времени, достал из автомата сендвич, в два укуса поглотил его и запил всё банкой холодного капучино, излишки которого вытекали из переполненного рта. Пока жевал "резиновый" сендвич, заметил на себе удивленный взгляд Айлин. Мы столкнулись взглядами и она тихонько рассмеялась.
Я быстро проглотил остатки еды, допил кофе и, как ни в чем не бывало, сел на стул, ожидая погружения.
- Прошу прощения, - нарушив тишину, сказал я, - Неловко вышло как-то. Я просто не успел позавтракать.
- Фрэнк, всё в порядке. – не отрывая глаз от проекций, сказала Айлин. – Я бы тоже сейчас не отказалась от кофе.
- Намёк ясен. – сказал я и прыгнул к автомату. – Вам…э…тебе горячий или холодный?
- Холодный, пожалуйста. – Айлин в своей манере, заигрывающе сверкнула глазами. – Спасибо.
Взяв банку, она вмиг осушила ее и, ловким броском, отправила в мусоросборник.
- Я тут подумал, на досуге. Вы сказали, что единственный способ остановить ИИ – это освобождение гексагонов и ликвидация Бралеса. Так?
- Всё верно. – не отрываясь от работы, ответилай Айлин.
- А что если сделать по-старинке? Вынул вилку из розетки и всего делов-то.
Привычным движением, Айлин активировала глушилку на своём браслете и только после этого заговорила:
- Если бы всё было так просто… - Айлин тяжело вздохнула и, подняв глаза, ответила: – Смотри. Как я уже говорила: в результате обрушения игры погибнут тестировщики. Однако для корпорации главное другое. На разработку игры были потрачены огромные ресурсы. Спонсором выступили титаны мировой политики, с которыми у директора заключено некое соглашение. Каков был предмет их сделки, и какая у кого была выгода от создания Аграверона, мне неизвестно. Ясно одно: в случае провала игры ни корпорации, ни, в частности, директору уж точно не поздоровится.
- А где гарантия того, что когда мы ликвидируем Бралеса вся игра не накроется медным тазом?
- Создать новое ядро гораздо легче, нежели строить всю игру с нуля.
- А вашего директора не заботит тот факт, что если наш план провалится, гнев спонсоров станет меньшей из проблем?
- Директор всё понимает и, тем не менее, готов рискнуть.