— Джефри, усиленный блокатор способен уничтожить вирус ай-тере. — Слова Деи звучали, как нечто невероятное. — Да, вместе с самой магией, но пациентам лучше. Персонал медицинского центра продолжает наблюдение.
— С ума сойти, — только и выдал Морган. — И кому же пришла в голову эта светлая мысль?
— Максу и Хайди.
— И почему я не удивлен?
— Наверное, потому что нас уже ничем не удивишь? — откликнулась Дея. — И еще. Больных много, а доз блокатора мало. Нужны еще люди и ингредиенты. У меня есть список.
— Диктуй.
Джефри быстро записал все требуемое, передал своим помощникам и приказал немедленно найти все, что необходимо для спасения пострадавших. Возможно, ле Феннер знал, что с уничтожением силы ай-тере пройдет и болезнь. И именно этот секрет он хотел променять на исполнение его требований? Вполне вероятно. Хотя, у Макса ведь не получилось ничего сделать с помощью старой вакцины. И лишь более сильная версия сработала. Стоит надеяться, что сработала, потому что об итогах пока говорить рано.
Едва Джефри вернулся в кабинет, как следом вошел Тед.
— Есть новости? — сразу понял Морган.
— Есть, — кивнул друг. — У меня получилось надавить на некоторых членов совета. Правда, с последствиями, но я не сдерживался, честно. У ле Феннера три лаборатории. Одна где-то в Монгаро, вторая в Небайсе и третья в пригороде столицы. Там тоже есть запасы вируса, и его собираются распространить по всему Тассету. Нужно это предотвратить, Джеф!
— Само собой. Я свяжусь со Стефаном и Нэйтоном, пусть собирают людей и сотрут эти лаборатории с лица земли.
— А еще у меня есть новые имена. Я решил доложить тебе о самом важном и отправляюсь дальше работать. Выделишь подкрепление?
— Конечно.
Что ж, ле Феннер преждевременно праздновал победу. Пока в Тассете есть такие люди, как его соратники, у этой страны есть будущее.
Все, что происходило после церемонии лже-прощания, Макс помнил, словно обрывочный бред. В какой момент ему стало плохо? Как он попал в медицинский центр? И почему вообще еще жив, если успел проститься с жизнью? Вопросов было столько, что от них раскалывалась голова. Все тело ломило, будто он недавно пережил горячку ай-тере. Вот только собственный резерв не ощущался вовсе.
Макс с трудом повернулся и увидел Хайди. Она спала в кресле у больничной койки все в том же черном платье, в котором была на церемонии. Сколько времени прошло? Зато стоило ему шевельнуться, как Хайди открыла глаза.
— Как ты? — сразу же сорвался с ее губ вопрос.
— Как будто меня пережевали и выплюнули, — признался Макс. — Но лучше, чем было.
Потому что он помнил, как горел в огне, а сейчас пламя угасло.
— Как тебе удалось сбить жар? — спросил он.
Хайди отвела взгляд. Первые подозрения шевельнулись в груди. Может ли быть?.. Нет, ни в коем случае! Макс попытался ощутить свою магию, но не почувствовал ровным счетом ничего! Пусто.
— Хайди? Только не говори, что ты…
— Я вколола тебе блокатор. Тот самый, который ввела Николь. Как видишь, ты еще жив, и твоя дорогая подруга Дея обещает, что скоро будешь здоров.
— Как ты могла?
Отчаяние накрыло с головой. Да, временами Макс ненавидел свою силу, но никогда не хотел от нее избавиться. Никогда! Она была средством помочь людям, а как же теперь? На что он способен без магии ай-тере?
— Считаешь, мне стоило дать тебе умереть? — спокойно поинтересовалась Хайди. — Не ты ли сказал, что лучше живой человек, чем мертвый ай-тере? Я сочла это разрешением.
— А ты пыталась у меня спросить?
— Ты бы отказался. Я слишком хорошо тебя знаю, Макс. От своих родственников ты заразился упрямством и совсем не слушаешь голос разума. Поэтому да, я приняла решение сама и ни о чем не жалею. Ты двое суток приходил в себя максимум на пять минут. А я все это время сидела тут и наблюдала, как ты то возвращаешься к жизни, то уплываешь из нее.
— Ты просто никогда и никого не считала себе равным, — ответил Макс и отвернулся.
Он понимал, что в чем-то Хайди права. Сила как плата за жизнь. Не такая уж и большая цена. Многие ай-тере стремятся избавиться от своей «особенности», чтобы не зависеть от воли иль-тере. Но Макс не умел жить иначе. Он не представлял, как это, и боялся представить. А выбора нет. Хайди лишила его права выбирать свой путь. Он почти ненавидел ее сейчас.
— Я пойду. — Госпожа эо Лайт поднялась на ноги. — Раз уж ты передумал умирать, меня ждут работа и дочь.
— Подожди. Я…
Макс хотел было сказать, что понимает причину ее поступка, пусть и не готов принять, но слова так и не сорвались с губ. Хайди улыбнулась и покинула палату. Вокруг воцарилась тишина, насколько это вообще возможно в больнице, где никогда не замирает жизнь.
Макс чувствовал растерянность. Он лежал и смотрел в потолок, не замечая бега времени. Глухое отчаяние превратилось в тоску. Хотелось взвыть, однако надо было держать себя в руках. Он выжил. Стоит быть благодарным. Тогда почему не получалось?
— Макс? — В палату заглянула Дея. — Как ты?
Подруга присела на то место, откуда недавно поднялась Хайди.
— Неплохо, — ответил Айлер. — Учитывая потерю силы.
