Айн Рэнд. Сто голосов полностью

Прокомментировав мою статью, редактор добавил следующее: «Профессор Меррилл Рут потрясет наравне друзей и врагов Айн Рэнд тем…», дальше шли какие-то подобные словеса, доказав, что на самом деле она является религиозным человеком. Худшего оскорбления придумать было невозможно. Я обвел эту фразу красным карандашом. И поставил после нее жирный знак восклицания, подумав про себя: «Какая нелепость!» Посему ближе к концу нашего разговора она показала мне на это место, и я сказал: «Честно говоря, нас печатают далеко не повсюду. И я печатаюсь в Американ опинион, в частности, и по этой причине». Она ответила: «Ну конечно, вы совершенно правы. Но печататься рядом с такими людьми, водить компанию с теми, кто способен написать такое…[210]», и я ответил: «Я поставил восклицательный знак, чтобы выделить эту нелепость», после чего она сказала: «Надеюсь, что мои друзья будут защищать меня». На что я сказал: «Вы правы, должно быть, мне следовало известить редакцию о том, что я не согласен с этим пунктом». Тогда она подмигнула мне, чуть пожала руку. И сказала: «Ладно, все в порядке, вы все равно нравитесь мне».

Расскажите мне, какое впечатление произвела на вас Айн Рэнд в тот вечер.

Ну конечно же, в первую очередь глаза; главными в ней были глаза. Взгляд их был таким внимательным и глубоким, и держалась она настолько обходительно, и хотя мы обсуждали очень серьезные темы, однако я ощущал исходившую от нее теплоту, она говорила, не снисходя до тебя. Чужое мнение было всегда интересно ей. Еще она сказала мне: «Знаете, хотя многие, кто пишет с объективистской точки зрения, стараются подражать моей манере, но вы излагаете объективистские представления собственными словами, не пользуясь моей терминологией и так далее. Вы анализируете в такой же самой манере».

После того как мы поздно вернулись домой после общения с ними в первую ночь, на следующий день мы с Деллой отправились кататься на пароходе вокруг острова Манхэттен. Когда мы вернулись в отель, наши друзья ожидали нас, поскольку мисс Рэнд уже пыталась найти меня. Они передали нам ее не зарегистрированный в справочнике номер и сказали, что она хочет, чтобы я позвонил ей. Я позвонил, и вот вам еще одна характеристика Айн Рэнд: она сказала, что думала о том, как проходит мое профессиональное становление — знаете, как работает профессиональный рынок — ты делаешь себе имя, пишешь книгу, умную или глупую, становишься знаменитым, a потом люди просят тебя написать обозрение. И они не примут его только на основании того, что у тебя есть что сказать. Она спросила меня, не буду ли я возражать, если она обратится в L. A. Times Syndicate и попробует уговорить их предоставить мне рубрику. Издававшее ее издательство в то время принадлежало компании, владевшей L. A. Times Syndicate — у нее были там связи. Она попросила моего разрешения, не проявив никакой бесцеремонности, и я сказал: «Ну, конечно».

Мы вернулись в Техас. Анна родилась на следующий день после того, как мы оказались дома. И мы дали ей имя Анна Рэнд Лайвли.

Вы сообщили об этом мисс Рэнд?

О да! Мы планировали, если родится девочка, назвать ее Анной, однако не подумали о втором имени. Деллу, свеженькую из родильной и не вполне еще пришедшую в себя, спросили о том, какое имя дать ребенку. Мою мать звали Джинни, таким же было второе имя у Деллы, и она сказала регистратору родильного отделения: «Анна Джинни». Но когда свидетельство о рождении выписали, я сказал: «Так нельзя. Надо назвать ее в честь мисс Рэнд». Мысль эта настолько досаждала нам, что мы наняли адвоката, он оформил все необходимые бумаги, и я официально изменил ее имя.

Случилось так, что мы пришли в суд для получения соответствующего документа как раз в день десятой годовщины со дня выхода в свет романа Атлант расправил плечи. Поэтому я отослал мисс Рэнд письмо, кажется, вместе с копией документа: Поздравляю с десятым днем рождения Атланта. Я тоже отметил этот день тем, что изменил имя своей дочери на Анна Рэнд. Так что одним из подлинных сокровищ моей дочери является юбилейный комплект Атланта в особом переплете и коробке, подписанный мисс Рэнд. Сразу после этого я написал мисс Рэнд, попросив, чтобы она надписала на одной из книг: «Анне». Я послал ей денег, однако она так и не обналичила этот чек, и написала небольшое посвящение на первой странице со своими инициалами.

Мисс Рэнд что-либо говорила вам о том, что вы дали своей дочери такое имя?

O да. Ей было очень приятно. Потом в 1978 году, когда Анне должно было вот-вот исполниться двенадцать лет, я повез ее к мисс Рэнд. Мы встретились с ней и ее мужем, долго сидели и разговаривали.