Она изливала свой гнев, спускала пары, и мы возвращались к прерванному разговору, при котором чаще всего присутствовал Фрэнк. Иногда он высказывал собственные соображения, если тема особо задевала его. Он всегда выступал в ее защиту.
Поддерживал ее позицию в вопросах, беспокоивших и смущавших ее. Он не участвовал собственно в переговорах, но когда все-таки вступал в них, высказывался в поддержку Айн и ее позиции. Мог еще сказать пару слов в плане согласия с тем, что происходило между нами. Он никогда не спорил с ней.
В то время мы также представляли интересы издательства Bobbs-Merrill, опубликовавшего
Книга им очень понравилась. Более того, оба они оставили свои автографы на экземпляре, который я храню у себя дома.
То, что на нее всегда можно было положиться. Она твердо придерживалась принципа, требующего исполнять свои обещания. Твердо и решительно.
Цельность ее натуры всегда была очевидна. Она всегда четко определяла, что именно и когда хочет сделать. Иногда ей бывало непонятно, как именно надо поступить, и тогда она являлась к нам за юридической консультацией.
Я бы назвал ее очень открытой и адекватной.
Когда были какие-то дела — раз в несколько недель. Помню, что иногда бывал в их квартире. Наверно, не реже раза или двух в год по налоговым вопросам. Айн и Фрэнк приносили свои декларации. И мы подготавливали платеж. Потом, после того как платеж был проведен, они приходили через неделю, две или месяц. В среднем мы встречались три-четыре раза в году как минимум.
Правильно. Она звонила о чем-то, или оказывалось, что нам нужно встретиться по какому-либо поводу, и приезжала, всегда по какому-то формальному поводу. Она хорошо одевалась, была на очень высоких каблуках и обычно в своей норковой шубке. Фрэнк помогал ей снять ее и вешал на вешалку.
Потом она извлекала сигарету и вставляла в мундштук. Так выглядел ритуал ее прибытия.
Без удовольствия, но и без возражений.
Иногда требовалось подписать какие-то бумаги, и я ездил к Айн, чтобы не отрывать ее от работы. Однако ей было приятно посещать наш офис, она радовалась визиту.
Не знаю. По-моему, так им обоим было спокойнее, когда они приезжали к нам вместе. В особенности для подачи налоговой декларации, поскольку они подавали одну декларацию на двоих, и у него был собственный доход. Он содержал собственную студию, однокомнатную квартиру в том же доме. Ну и в качестве налогоплательщика он должен был представлять материалы для налоговой декларации и подписывать ее. С налоговой точки зрения они являлись партнерами.
Да, когда галерея продавала эстампы его картин или подлинники. Это следовало учитывать при составлении их налоговой декларации. Он заполнял собственную форму «С», затрагивающую доход и расходы.
Полностью сосредоточенно. Никакой ерунды. Она была очень решительно и определенно настроена относительно того, что хотела. Тем не менее она, несомненно, обладала собственным чувством юмора, которое время от времени проявляла.
Не могу, однако помню, что мы частенько смеялись за делом. С ней всегда было легко работать, хотя подчас и непросто, учитывая некоторые ее цели. Я думаю, что, общаясь со мной, она исходила из практических соображений.
