Безусловно. Я, конечно же, мог определить притягательную силу обоих произведений, потому что проза ее обладает особой силой и убедительностью. Однако я не стал бы утверждать, что они так и останутся вехами в истории литературы… сие мне неведомо. Но если вы меня простите, скажу, что вехами они были тогда, причем всего лишь в какой-то степени. Тем не менее эти романы до сих пор остаются культовыми произведениями. Наш мир к доброте, увы, не склонен.
Она приехала, как мне кажется, около четырех часов дня. Подобные лекции всегда назначались на семь или семь тридцать вечера, после того, как кадеты закончат обед.
Она могла это сделать, однако я сомневаюсь в этом. Не думаю, чтобы у нее было достаточно времени для этого, потому что она, как мне кажется, оказавшись у нас, сразу же направилась переодеваться, и наряд, в который она переоблачилась, мало подходил для посещения аудиторий.
Это было замечательное событие. Перед лекцией мы согласно обычаю отобедали в офицерском клубе. Возможно, я сидел ниже соли[346]. Оттуда мы направились прямо в аудиторию, и когда на сцене появилась мисс Рэнд, все было вполне благопристойно. Все собравшиеся встали; затем нам представили оратора, что в данном случае сделал полковник Айви, после чего все сели. Он произнес несколько слов о ее выдающихся качествах и так далее, после чего инициатива перешла к ней. Она была женщиной не слишком высокой, однако говорила с большой силой.
Вот еще помню: в то время память о Вьетнамской войне еще не успела изгладиться. Конечно, сама война уже завершилась, однако память о ней все равно сказывалась и на том, как ее встречали, и на поведении кадетов. В частности, она, должно быть, сказывалась на полковнике Айви, дважды побывавшем во Вьетнаме в качестве пилота и отличившегося там. Академии, офицерам и кадетам приходилось в течение последнего времени переживать очень едкую критику. И все мы были настроены в защиту позиции, позволявшей нам посылать людей на войну и возвращать их обратно, что нам и приходилось тогда делать. Я упоминаю все это, потому что мисс Рэнд начала с того, что поздравила собравшихся. По временам тон ее казался мне снисходительным, но тем не менее она поздравила нас с учетом нашего общего дела, причем сделала это с таким энтузиазмом, какой в тот момент существовал не у каждого. Она отнеслась к армии с восхищением. Кадеты и офицеры жаждали подобного одобрения от общества и, увы, получали тогда нечасто. Гости, посещавшие нас в предшествующие годы, предпочитали благоразумно помалкивать на эту тему.
Они были приятно удивлены. Они жаждали именно такого отношения, может, даже излишне лестного. Заканчивая выступление, она вышла из-за кафедры — над которой возвышалась только ее голова, что нисколько не смущало ее, и, отдав нам честь на несколько британский манер, сказала: «…мужчины Вест-Пойнта, я салютую вам!» Этими словами она закончила свое выступление. Кадеты немедленно разразились бурными аплодисментами, перешедшими в стоячую овацию.
До сих пор все складывалось хорошо. Потом начались вопросы и ответы. Вопросы были достаточно острыми. Я запомнил лишь два или три. Один из них оказался достаточно сложным и несколько остудил общий энтузиазм; он был связан с происходившими в то время в Южной Дакоте демонстрациями индейцев в резервациях Вундед Ни и Роузбад.
Один из кадетов встал и спросил мисс Рэнд, что она думает о том, чего ищут и добиваются эти индейцы. Она ответила, что индейцы владели этой страной пять тысяч лет и ничего не сделали с ней; что им следовало отступить в сторону и позволить другому народу преобразовывать эту землю. Ответ этот, на мой взгляд, трудно назвать совершенно удивительным, однако на реакцию кадетов повлиял факт, о котором она не знала, но знали все учащиеся: задавший этот вопрос был коренным американцем. Ее ответ существенно охладил атмосферу, и вопросы после этого пошли на спад. Увы.
После завершения лекции она перешла обратно в клуб офицеров, где часть кадетов и некоторые из офицеров хотели продолжить разговор с ней. Те, кто приехал к нам издалека, были довольны этим обстоятельством, ибо время на вопросы в аудитории было отведено кадетам.
