Понимание исходит из общения, общение зависит от самовыражения, всеми тремя факторами сильно пренебрегают в нашем обучении. Мы можем снисходительно улыбаться по поводу затруднительного положения узкого специалиста, работа которого настолько специфична, что он может разговаривать только с двумя или тремя людьми во всем мире, но многие ли из нас находятся в лучшем положении?
Первоначально обучение представляло собой диалог между учеником и учителем. Каждый учился у другого и каждый способствовал зарождению в другом новых идей и взаимопонимания. Обучение в настоящее время все больше ведется машинами (которые преследуют ту же цель, что и книги), и в результате мы смешиваем силу мысли с простой памятью. Мы пренебрегаем умственными способностями ради простого запоминания, качество которого ниже, чем у электронно-вычислительной машины. В качестве доказательства можно сослаться на «Мозговой Трест» и «Мозг Британии», которые в последние годы были популярными радиосоревнованиями и которые были простым испытанием памяти, а ни в коем случае творческой фантазии или умственных способностей. Вот почему, может быть, мы никак не можем определить даже для самих себя то, как мы хотели бы жить. В нашем сознании возникают воспоминания, результатом чего является зрительный и функциональный эклектизм.
Поэтому многие проекты, относящиеся к будущему, допускают и способствуют такому «распаду общений». Например, в описании своего «Индакшн Хаус» Хироси Хара заявляет, что «у нас больше нет времени и возможности для создания дружеских связей и отношений, жизненно необходимых человечеству. Этому должны способствовать электронные устройства. Поэтому «Индакшн Хаус» оборудован рядом саморегулирующихся обучающих ячеек, из которых человек при помощи электронных средств может пополнять свой опыт и свои знакомства».
Опыт знакомства с ...машиной? Неужели это будущее человечества — всю жизнь зачарованно сидеть перед гипнотизирующим экраном? Такое предположение являлось темой многих научно-фантастических рассказов и затем с энтузиазмом было подхвачено проектировщиками, среди которых есть и такие имена, как Монтес, Чуми, Азума, Седрик Прайс, Ганс-Вальтер Мюллер, Аида и группа «Аркигрэм». Разница заключается в том, что научные фантасты все же подводили своего героя к отрицанию этого одурманивающего образа жизни и попыткам снова найти общий язык с людьми и миром.
Возможно, поэтому более простые проекты, в которых нововведения ограничиваются только созданием образа сооружения, являются наиболее приемлемыми, хотя бы потому, что они менее опасны. К этой категории относятся: пластический город группы «Миасто», города-воронки Шанеака, «Меза-сити» Солери, яйцеобразные формы Хаузерманна, усеченные октаэдры Экуана, проекты группы НЭР, город-башня Росси и Мадзолени и большинство работ группы «Аркигрэм».Однако некоторые работы группы «Аркигрэм», например «Мгновенный город», содержат элементы побуждения, вторичного мышления и неизменного революционного подхода, создающего основу для развивающейся школы, которая может породить новую эру в архитектуре, школы, которая использует тактику сокрушительных атак, заключающихся в том, что «черное — это белое», в давно забытой силе волнения, вызываемого открытием, в удовольствии, доставляемом идеями и общением, — в том, что составляет часть многих предложений, которые, к сожалению, оказывают неодинаковое воздействие, потому что их ясность затуманена зрительными образами. Это те идеи, которые не могут быть облечены в форму проектов, и в действительности представляются куда более важными, чем любое пространство, которому можно придать форму.
Это, несомненно, является коренной проблемой всех работ, устремленных в будущее. Архитектура служит людям, и независимо от того, является ли она произведением искусства или нет, она не выполняет своего назначения, если перестает служить им. Возможно, что основным назначением, кото-рое в конце концов архитектура призвана исполнить, может быть ее самоисключение. Когда мы решим проблему увеличения досуга, когда мы, наконец, решим проблемы пищевых ресурсов, когда мы признаем необходимость самоконтроля над численностью народонаселения, когда мы используем возможность создания комфортных жилищных условий, тогда, вероятно, мы обнаружим, что архитектура станет неуместна, и мы окажемся в новом мире poesie faite par tous1.
1 Poesie faite par tous (франц.) — поэзии, созданной всеми
Будущее пластмасс в архитектуре целиком зависит от будущего архитектуры. Мировая строительная промышленность, наконец, приближается в своем развитии к уровню, который при иных условиях развития мог бы быть достигнут полвека или более тому назад.