– Меня укрыли в школе при Академии Магии, – пояснила я, несмотря на боль, вызванную словами светлого дяди. Пусть я им и верила, произошедшего со мной уже никогда не изменить. Но я ведь обещала госпоже Ревении…а значит, попытаюсь смотреть на них без примеси сомнений на сердце. – Скрывать дар оказалось тяжело, когда я поняла, что магия Жизни – не единственная подвластная мне стихия. Но тогда мы уже познакомились со стором Эвангелионом, – я предусмотрительно назвала Гейла в соответствии с правилами Академии, незаметно улыбнувшись ему одному и получая в ответ одобрительный взгляд. Похоже, мой наполовину темный демон что–то задумал…
– И за это светлые навсегда перед вами в неоплатном долгу, – наконец подал голос дедушка. Странно, но мне не составляло особого труда называть его именно так с первых мгновений знакомства. Может, тому причиной стало сходство с отцом, может, идущая от него волна теплоты, но про себя я считала его родным, будто делала так с самого появления на свет.
– Я буду считать долг оплаченным, если вы поможете Армине освободиться от навязанной кровной помолвки с наследником Маерии, – говорил Эвангелион тихо и спокойно, но от каждого его слова светлые подбирались все больше и больше. К концу его речи оба мужчины сидели с сосредоточенными выражениями на лицах. – Король Арман попал в ловушку одного из предков Дария, и теперь Армина должна выйти замуж за мага, который в состоянии выпить ее силы досуха, заставив погибнуть в самом цвете лет.
– Не позволю! – прогремел голос Армонда на весь кабинет. Я заметила, как прячет улыбку Эвангирион. Вот уж кто действительно наслаждался встречей. Однако я не могла винить его в непочтительности или желании насолить Армонду. Наверное, отец Гейла, пусть и немного, но все же был удовлетворен тем, сколько проблем в связи с моим появлением придется решать светлому демону.
– Мы обязательно уладим этот вопрос, – а вот Армандин не сомневался – он, казалось, точно знает, что делает и говорит. На его фоне Армонд выглядел более представительным, но вспыльчивость и чувствительность мешали правителю трезво оценивать события. Мое присутствие, пожалуй, тоже играло свою роль.
– До конца учебного года в Академии я оградилась от притязаний Дария, – вступила я в разговор. – Но он желает играть свадьбу как можно скорее. А я хочу быть свободной от стремлений продлить свою жизнь за счет моей.
Дядю совершенно не интересовали подробности – он задался целью, которую и спешил выполнить. Дед все никак не мог на меня наглядеться, чем одновременно и смущал, и нервировал, хотя было приятно наконец оказаться среди любящих существ.
– Светлые демоны больше остальных мечтали быть свободными, – с понимающей улыбкой посмотрел на меня Армандин. – Я уверен, в наших библиотеках непременно найдется информация о нежелательных союзах, от которых мы избавлялись. Но мы все же хотели бы попросить тебя присутствовать все то время, что мы будем искать, рядом с нами, Армина. Не считай это попыткой вытащить тебя отсюда: мы и правда бесконечно рады, что наконец обрели потерянную ветвь родственников. Это наша слабость – нам необходимо знать, что родная кровь будет находиться в безопасности.
– С нами Армина не испытывала проблем с этим, – возразил темный хозяин. – И компания ее вполне устраивала.
– Я, кажется, понимаю, что именно имеет в виду господин Армандин, – Эвангелион поднялся с места, вставая позади нас с Армондом, тем самым концентрируя внимание на себе. – И со своей стороны не стал бы препятствовать объединению семьи. Если, конечно, на это согласится сама Армина. Мы с братом даже можем доставить вас домой в кратчайшие сроки, в чем Светлый правитель уже успел удостовериться – наша способность перемещать себя и других позволяет преодолевать огромные расстояния достаточно быстро. Остается лишь узнать решение девушки – Академия Магии крайне заинтересована в ее полном обучении, поскольку магов более одного направления в наше время встречается до обидного мало.
Было в его словах двойное дно, правда, я пока не могла понять, где именно. Но Гейл явно подстегивал меня на то, чтобы отбыть со светлыми на их земли. Что ж, когда–то я стала доверять ему даже больше, чем самой себе, и больше этому правилу изменять не собиралась.
– Я согласна, – в наступившей после слов Гейла выжидательной тишине пробормотала я, испытывая влияние тысячи одновременно поднявшихся солнц от улыбок, которыми осветились лица новоприобретенных родственников.
– Тогда не будем терять времени! – распорядился Армонд, поднимаясь и утягивая меня за собой. – Мы с удовольствием воспользуемся вашим предложением о перемещении.
– Боюсь, моя жена не простит вам подобного неуважения к ее гостеприимству, – без единого намека на злость произнес Эвангирион.
– Мы возместим моральные убытки ровно через неделю, в день праздника! – Армонд даже в грудь себя ударил, настолько верил собственным словам.
