Остаток ланча прошел весело. Улли и Лемма, оказавшиеся хорошими рассказчиками, насмешили всех анекдотами из жизни Академии; король Тангирр Тонн рассказал несколько забавных историй времен начала третьей межгалактической войны; после чего королева Итара попросила принцессу Ренатиру рассказать о том, как попала к ним принцесса Эрилена Тонн и как они совместно с отцом пытались выходить и скрыть принцессу от ведома короля Дарэма Арпада. Ренатира, симпатичная тринадцатилетняя девочка и достаточно сильный для своих лет тёмный маг-иллюзионист, каким, в свое время, была моя подруга Рэтара Арпад, сначала смущалась, но неподдельный интерес всех, кто находился за столом и веселые шутки Ригана и Улли заставили ее расслабиться и вполне связно рассказать нам всю историю от начала и до конца. Я никогда прежде не слышала эту историю полностью, в моем распоряжении были только неясные отрывки из моего наркотического сна, поэтому я с таким же удовольствием, как и остальные, слушала ее, вплоть до того момента, как Ренатира посмотрела на меня и неожиданно попросила:
– А можно мне посмотреть твой сон, который указал тебе на то, что происходило в нашем доме? Ну, говорят же, что это ты увидела то, что случилось с Эриленой?
Улли удивленно раскрыл глаза. Судя по выражению, появившемуся на его лице, я могла заключить, что подробности этой истории были ему неизвестны.
– Каким образом ты хочешь это сделать? – осторожно поинтересовалась я
Ренатира мягко улыбнулась.
– Ну, ты просто вспомни свой сон и направь его ко мне, я дам тебе нитку моей магии. И мы все можем увидеть то, что видишь ты, через проекцию на моем даэре.
– Так ты «вязальщица»? – удивленно спросила я, прежде чем сообразила, что тринадцатилетней Ари не полагается знать таких вещей. По удивленному взгляду Улли, короля Тангирра и Итары я поняла, что они тоже знали, кто такие «вязальщики». Поэтому мне срочно пришлось переводить стрелки на Ренатиру.
– Это очень редкий талант! – как можно более восторженно вскричала я, обращаясь к своему главному покровителю – королю Тангирру Тонну. – Им обладают один из тысячи магов-драконов! Я читала о нем в вашей библиотеке.
Король лордов черных драконов правильно понял мой отвлекающий маневр, но, кажется, ему самому стало интересно, как работает дар «вязальщика», о котором все знали, но никто не видел. «Вязальщиками» в мире магически одаренных, преимущественно королевской крови, назывались те, кто мог «вязать», то есть связывать образы из снов с настоящим и будущим. Беря меня в качестве примера, Ренатира могла вытащить наружу на общее обозрение неясные образы из моих снов и связать их воедино в картину, которая могла быть как предсказанием будущего, так и воспоминанием из прошлого. Как это все работало, никто не знал, поэтому мне было как-то не очень комфортно открывать свое сознание Ренатире, и я медлила, до тех пор, пока, коснувшись моей руки, Ренатира не прошептала мне так, что это могла слышать только я одна:
– Я покажу только то, что касается моей семьи. Больше ничего. Ты сильнее меня и просто можешь закрыть мне доступ к своему сознанию в тот момент, когда посчитаешь это нужным.
– Рискнешь, Ари? – услышала я голос короля Тангирра.
Я вскинула голову. Почему бы и нет? Я ничего не теряю. Даже если они случайно увидят то, что им не полагается видеть, можно всегда списать это на проделки моего подсознания.
Поэтому, когда на экране призрачного даэра, который растянула на стене Ренатира, проявилась первая неясная картинка моих воспоминаний о полете серебряного дракона в моем наркотическом сне, я позволила им увидеть почти все, что видела в этом сне я.
Сначала на экране промелькнули кадры с королем Сумеречной Звезды Итареном Арпадом, который бережно держа на своих руках бессознательное тело королевы лордов черных драконов Серой Звезды Эрилены Тонн, вливал в нее по каплям спасительную для нее магию, пока малышка Ренатира плела вокруг них плотный полог купола невидимости, защищая их обоих от глаз темных магов и лордов черных спрутов.
Затем на мерцающем экране даэра Ренатиры появилось лицо принца Тангирра Тонна, в те годы короля Звезды Оникса, стоявшего на причале возле космического корабля конфедерации. Мгновенье, и он вскидывает руку в драконьем приветствии – сначала касаясь сжатым кулаком сердца, а затем устремляя руку со сжатым кулаком вперед и вверх к звёздам. Потом, пригнувшись, заходит в люк космического корабля и исчезает из виду. Затем его лицо мелькнуло вновь – хмурое, с тенями усталости и несокрушимым упорством в его глазах, во время страшного сражения, решившего судьбу драконьей империи. И морда его раненого дракона, покрытая кровью.
Кто-то из гостей короля Танигрра приглушенно вскрикнул, кажется, это была королева-мать Тангирра, но меня это не остановило.
