- Мы с вами знакомы от силы неделю, - буркнула Элль, - с чего вы взяли, что знаете, на кого я похожа?
- Это ты знакома со мной неделю, - поправил Синклер, - а я знаю тебя с рождения.
- Ну конечно. О моём существовании может и знаете. Но это вам не даёт права говорить, что вы знаете меня.
- Твой любимый цвет – зелёный, ты всегда завязываешь шнурки на два узла и никогда – бантиком. Ты умеешь плавать только на спине, твои любимые фрукты – красные апельсины.
Амали вскинула голову и с изумлением уставилась на некроманта. Когда пауза затянулась и стала откровенно неловкой, она спросила:
- А ваши?
- Яблоки, - невозмутимо отозвался Виктор, - ну что, начнём? Ты решила, какой дар хочешь развивать?
Элль вспомнила своё видение. В эту минуту, когда казалось, что она снова в любой момент может дотронуться до парты и снова увидеть брата, ничего ей так не хотелось, как научиться предсказанию. Однако здравый смысл тут же вмешался и вернул хозяйку с небес на землю. Какая практическая польза от способности видеть пять секунд из прошлого?
- Целительство, - пожав плечами, ответила Амали и взяла у Синклера тот самый амулет, который он называл концентратом. Зелёный камень на секунду вспыхнул и снова погас, так что Элль испугалась, что что-то сделала не так.
- Не бойся, он принял твой выбор и будет помогать тебе направлять энергию на первых порах.
- Ну… я вроде как уже умею исцелять.
- Хорошо, продемонстрируй, - Синклер взял с учительского стола нож и, не раздумывая, полоснул себя по ладони. От неожиданности Амали дёрнулась и отступила, но спустя какое-то время всё же взяла себя в руки и приблизилась.
- Это не смертельно, просто царапина, - Виктор вытянул раненую руку перед собой, и Элль нерешительно поместила свою ладонь поверх его, зажмурившись и пытаясь сосредоточиться. В голову лезли совершенно посторонние мысли, уставшая рука подрагивала в воздухе, к тому же, снова заныла забинтованная рана.
Спустя несколько минут безуспешных попыток включить свою целительскую силу, Амали раздражённо выдохнула и развела руками.
- Ну что, поняла, в чём проблема? – Синклер подул на ладонь, и порез мгновенно зажил, а кровь втянулась обратно.
- Нет, - честно ответила Элль, - не поняла. Я могу даже от смерти спасти, так почему?..
- В том-то и дело. Я специально сказал тебе, что рана пустяковая. У тебя не было ни ограничения по времени, ни достаточного стимула. В кровь не выбросило адреналина. Ты должна научиться лечить каждую, даже самую маленькую царапину.
- И… как?
- Давай начнём с концентрации, - Виктор обошёл её и взял сзади за плечи, - тебе нужно сосредоточиться. Сфокусироваться на ране. Это самое главное, что ты должна уметь. Концентрат направляет только твою силу. Свои мысли ты должна контролировать сама. Не допускай ничего лишнего в свой разум.
Амали вздохнула и попыталась последовать совету. Однако всё, что занимало сейчас её мысли – что этими же руками Синклер трогал Валерию.
- Никак? – констатировал некромант спустя четверть часа. Новая ранка на ладони Виктора никак не хотела заживать, как Элль ни старалась.
- Может, ты выбрала не то, что действительно хочешь? – неожиданно спросил Синклер, и Амали вскинула голову.
- При чём здесь это? Я выбрала целительство.
- Ты хочешь лечить людей или же просто считаешь, что это принесёт тебе больше пользы?
- Какая разница?
Виктор усмехнулся и покачал головой.
- Всё ясно. Что тогда тебе по душе? Тлен?
- Предсказание, - подумав, ответила Элль, решив, что ничего преступного в этом нет. Брови Синклера удивлённо поползли вверх.
- Способности исцелять людей одним прикосновением и убивать взглядом ты предпочла просто видеть чуть дальше?
- Я понимаю, что это не принесёт пользы, поэтому хочу научиться целительству, - попыталась объяснить Амали, но некромант прервал её нетерпеливым жестом.
- Нет, Амали, так не получится. Магия примет только истинный выбор.
- И… вы научите меня предсказанию? – Элль подняла голову, и тут амулет на её груди снова вспыхнул, уже гораздо ярче. Синклер улыбнулся краем губ и передёрнул плечами.
- Ну что ж, попытаемся сделать из тебя прорицательницу.
Амали, потирая шею, остановилась перед дверью кабинета Хейдена и постучала. Потянуло холодом – кто-то не закрыл окно в конце коридора: вампиры обращали ничтожно мало внимания на смену погоды, а вот Элль всё в том же зелёном коротеньком платье прекрасно ощущала все десять градусов выше нуля.
Поздняя осень медленно, но неизбежно захватывала Нирас. За полтора месяца, прошедших с поступления в Академию, с каждым днём становилось всё холоднее.
В остальном же ситуация изменилась мало. Академия жила своей жизнью, подбрасывая новые и новые порции домашки, радуя контрольными и самостоятельными и окончательно добивая дополнительными занятиями с Синклером.
