– И для меня слишком быстро, – вздохнул Ларк, поймав меня в объятья и увлекая на ковер перед камином. В ответ на мой удивленный взгляд лукаво заметил: – Ты бормотала, а я услышал. Понимаю, такое потрясение… Но ты не одна. Будешь вино? – спросил он без перехода.
Я икнула. Знаю за собой такой грешок – в минуты сильного волнения начинаю думать вслух. Как хорошо, что не сказала ничего лишнего. Впрочем, скрывать от Ларка было абсолютно нечего, и я махнула рукой.
– Давай. Только проведем время с пользой – изучим план Академии. Понятия не имею, где здесь столовая. Вряд ли они так расщедрятся, что будут кормить нас в твоих покоях каждый день. А утром я хочу завтрак!
Я не могла наесться с тех пор, как вышла из темницы. Надо ограничивать себя. Но не сейчас…
Ларкион согласно кивнул, быстро выудил откуда-то бутылку вина, подозреваю, стоимостью в половину нашего дома в Мэррите, разлил темно-красную жидкость по бокалам и торжественно произнес:
– За лэру Дайну, которая приведет наследника Рэстина к положенному ему величию.
Я тут же включилась в игру:
– За его высочество принца Ларкиона, который сам бы туда допрыгал, если бы постарался.
Вино было очень вкусным, намного лучше того, что приносил отец из таверны на праздники. Принц опустошил бокал и хмыкнул:
– Увы, моя дорогая, в данном случае принца можно считать калекой без рук.
– Ничего, отрастим, какие проблемы! – уверенно заявила я.
Воодушевилась, почувствовав такую легкость, как никогда до этого. Еще недавно, едва ли не каждую минуту думала о том, что я элари, опасалась за свою жизнь, за жизнь брата и родителей, но не сейчас. Сейчас – впервые в жизни – мне было просто хорошо! Очень хорошо!
– Да у тебя миллион талантов, лэра Дайна!
– Не жалуюсь!
Первая бутылка ушла очень быстро, а на второй я все же спохватилась. В голове шумело, но сознание оставалось ясным. Доставленный в покои принца сытный ужин выветрил остатки алкоголя.
– Иди сюда, не будем отвлекаться, – наставительно сказала я, и Ларк со вздохом придвинулся ко мне, склонившись над четырьмя листами, на которых был представлен план всех этажей в Академии.
Чертеж, относящийся к четвертому этажу, был лаконичным – покои преподавателей и кабинет ректора. Там не было ничего интересного, поэтому мы сразу перешли в третьему. В левом крыле располагались комнаты адептов с высоким титулом – покои принца Рэстина, принцессы Мэррита (чуть дальше по коридору, с другой стороны лестницы), некоторых герцогов и графов. В правом крыле расположились остальные адепты. Второй этаж был сплошь занят хозяйственными помещениями, а первый – аудиториями.
– Негусто, – почесал макушку Ларк.
– А что ты хотел? Академия создана не так давно, и привилегии есть в основном у магов второй и третьей ступени. Первая редко учится, сразу идет в мелкие чиновники и ремесленники, и не думает развивать свою магию. Да и денег у нее нет, чтобы за обучение заплатить.
– Я знаю, – помрачнел принц и уставился на меня. – А у твоей магии молний какая ступень, как думаешь?
Я пожала плечами.
– Первая, вторая, третья. Не знаю. Ну ладно, с кольцами вторая, они стабилизируют. Я же элари, у нас сложно выявить уровень магии, даже сопутствующей. И потом, силу дара определяет способность всегда его использовать на нужном уровне. А про себя я не знаю, что сказать. Иногда могу ударить противника третьим королевским уровнем, а иногда – растеряться, как младенец, и не выдать даже первого. Зато сила элари всегда со мной, и… – Я запнулась. Кажется, слишком много болтаю, вино развязало мне язык.
Ларкион понимающе кивнул.
– Четвертый, да? Я знаю, что элари, способные выжигать дар, применяют именно четвертый уровень. По силе наивысший, императорский.
Я помотала головой:
– В минуты душевного волнения каждый элари может его использовать, не только я. Наш дар от родовитости не зависит, как у вас, и не ослабевает через несколько поколений, если не восполняется свежей кровью с соответствующей магией. Достаточно и одного элари в роду.
Принц сгреб подушку с дивана и положил себе за спину.
– Завидую, правда. В нашей семье уже давно одни маги стихий, никаких других даров, а я бы лучше артефактикой занялся…
У меня глаза на лоб полезли:
– Надеюсь, ты отцу это не говорил?!
Ларк вздохнул:
– Имел неосторожность…
Я невольно закатила глаза, а принц, увидев это, начал оправдываться:
– Сама посуди, родовая магия стихий мне почти не дается, а на результаты трудов моего камердинера я смотрел с восторгом. Он такие чудесные игрушки делал для меня… Первый уровень, его отец – разорившийся дворянин вашего Мэррита, а Пирас… Он общался со мной больше, чем отец. – Ларкион снова наполнил бокалы. – Знаешь, его маленькие драконы, извергавшие подобие пламени, были намного интереснее истинной силы отца.
