Первым важным открытием стало, что магический дар есть далеко не у всех. Большинство жителей королевства едва могут освоить даже простейшие бытовые заклинания. Вернее, освоить конечно, могут, заклинания тут простейшие. Но вот магических силенок для того, чтобы ими пользоваться, увы, не хватает. Потому так и ценны здесь артефакторы. При помощи магически заряженных амулетов улучшить свою жизнь может практически любой, хотя в руках одаренного мага они работают чуть лучше.
А еще даже самые магически одаренные местные жители не могут соперничать силой дара с теми, кто попадает сюда из нашего мира. Ну, то есть, соперничать, конечно, могут, но то, что иномирянам дается легко и без усилий, от местных требует подготовки и серьезного изучения.
Как же несправедливо все в этом мире!
Впрочем, а в каком мире справедливо? У нас ведь тоже с одаренностью похожая ситуация: родился кто-то с абсолютно музыкальным слухом, и поет так, что сердце сжимается. Некоторые даже не учились никогда, а просто есть талант. А тот, кому таких данных не выдали, может хоть с утра до вечера петь гаммы или что там еще. Да. со временем начнет получаться лучше, но того, первого, он точно не переплюнет. Особенно если этот первый тоже будет учиться и талант свой развивать.
Вот с магией, похоже, так же: кто-то одаренный целитель, кто-то – боевой маг, кому-то артефакт состряпать – раз плюнуть. А вот если бы я попыталась, получилась бы жуткая кракозябра с кучей нежелательных побочных эффектов.
А еще особняком идет ментальная магия.
И вот эта штука меня очень заинтересовала. Посвященные ей главы я читала как увлекательнейший детектив. Ну или триллер с ужастиком, тут уж как посмотреть.
Ментальная магия – редкий дар. Причем проявиться он может и у сильного мага, и у слабенького. И дает не много, не мало, а способность читать чужие мысли и влиять на чужие мысли, чувства и поступки.
Сотни лет назад у тех, кого судьба одарила сильным ментальным даром, шансов выжить было немного, разве что скрывать это ото всех – прибьют к чертям, просто на всякий случай. И ведь даже не спишешь такое отношение на дремучесть и предрассудки.
Дар действительно опасный.
Кому захочется видеть рядом с собой человека, который мало что видит насквозь все потаенные помыслы и желания, так еще может заставить себя сделать все, что ему угодно. Даже то, чего бы ты по доброй воле ни за что не сотворил бы.
К счастью, дар этот довольно редкий и считается, что развить его, сделать сильнее практически невозможно. Тысячи магов во все времена изучали этот вопрос, проводили эксперименты, тестировали ритуалы и заклинания, пытались создать соответствующие артефакты…
Насколько я поняла, здесь это что-то вроде философского камня, который сотни лет искали древние алхимики нашего мира, но, разумеется, безуспешно.
Уж не знаю, что там с философским камнем, но вот неудачам местных изыскателей ментальной магии я могла только порадоваться. Не очень-то уютно чувствуешь себя в мире, где каждый встречный может догадаться, что у тебя за мысли, да еще и изменить их течение.
Впрочем, если дар слабенький, заставить человека сделать что-то, противоречащее его убеждением, невозможно. А сильных ментальных магов, которых следовало опасаться, не так уж и много. и все они находятся под самым серьезным контролем.
В настоящее время в королевстве насчитываются всего четыре ментальных мага. Я торопливо повернула страницу. Разумеется, не ожидала найти в этом списке знакомые имена, но нашла: магистр Теркирет, ректор Пятой королевской академии.
То есть наш ректор.
Дальше шли два незнакомых имени, а потом неожиданное: леди Юлия. Ну надо же! Кто бы мог подумать, что одним из этих чудо-магов окажется наша соотечественница. С другой стороны, чему тут удивляться. Если все остальные магические способности у наших получше, чем у местных, почему ментальная магия должна быть исключением.
Я так и уснула в обнимку с книжкой.
А проснулась от того, что кое-кто, черный, наглый и пушистый, покусывал меня за ухо. Проголодался, бедняжечка.
Надо сказать, деликатесы этого мира нравятся коту куда больше, чем прекрасный сбалансированный корм, которым его кормили на родине. Что ж, пришлось подниматься, кормить животину и тащиться на занятия.
Скажу прямо, в учебное крыло ноги меня не несли. Ну или несли, но очень нехотя. Причины было две: одна из них – дознаватель, чье занятие идет у нас по расписанию второй парой. А вторая лежала в сумке. Каждая из них по отдельности не привели бы меня в смятение, но вот обе вместе немножко пугали.
Первая пара пролетела практически мимо меня, перемена вообще промелькнула как мгновение, и вот наступила вторая пара.
Дознаватель вошел в аудиторию. Все, как положено, замолчали и вытянулись в струнку. Я последовала их примеру, хотя организм продолжал бунтовать. Ноги сделались ватными и так и норовили подкоситься.
