– Проклятье, – пробормотал он, присаживаясь на табурет и на несколько секунд закрывая лицо руками. – Менструальный цикл… Почему это сразу не пришло мне в голову? А вы как догадались?
Он пытливо посмотрел на нее, но Стефани лишь опустила взгляд в пол и отчаянно покраснела.
– А, ну да… – смутившись, пробормотал Кроу и поспешно сменил тему: – Я так понимаю, вам пока не удалось скорректировать рецепт с учетом новых вводных?
– Кое-что смогла набросать, – с затаенной гордостью заметила Стефани, подходя ближе к столу, – но пока работа далека от завершения. Тыкаюсь, как слепой котенок…
– Может быть, это потому что сегодня вы забыли надеть очки? – предположил Кроу, не отрывая взгляда от ее расчетов.
Стефани растерянно коснулась рукой лица и только теперь осознала, что очков действительно нет.
– Я их не для того ношу, – несколько обиженно отозвалась она. – Вблизи я хорошо вижу, но все становится недостаточно четким на расстоянии.
– А в Ночь мертвецов на вас не было очков.
Это замечание Стефани уже удивило. Даже не то, что он тогда заметил, а то, что сейчас решил упомянуть.
– Я была в линзах. Но мне неудобно их носить, поэтому я редко прибегаю к их помощи.
Он задумчиво кивнул, что-то невнятно промычав, но, скорее всего, даже не услышал ее последних слов. Ее записи занимали его куда больше.
– Так, ну это все просто прекрасно, – неожиданно похвалил Кроу. – Сейчас докрутим детали и после занятий можно варить новый вариант зелья. Только в такую рань мне для работы нужен кофе. Вы как, Грей? Выпьете со мной кофе и останетесь докручивать или пойдете поспите немного?
Стефани машинально бросила взгляд на часы: те показывали начало пятого утра. За маленькими окошками, притаившимися почти под самым потолком, еще царила ночь.
– А печенья дадите? – смущенно уточнила она, чувствуя, что ужасно голодна.
Кроу повернулся к ней и улыбнулся. Это была одна из тех редких искренних улыбок, из-за которых его лицо становилось почти красивым. И сейчас она заставила сердце Стефани екнуть.
– Пойдемте посмотрим, что получится найти.
Он встал из-за стола и направился к двери, ведущей в остальные комнаты, а Стефани вдруг замерла в нерешительности, вглядываясь в темноту дверного проема.
– Вы кого-то ожидаете там увидеть? – насмешливо поинтересовался Кроу.
– Я? Нет, я просто… – Стефани смутилась и снова опустила взгляд, неловко закусив губу.
Да, она опасалась обнаружить там, за порогом, Ровену Арно. Сейчас ее эмоциональное состояние едва ли позволит спокойно прореагировать на это.
– Там никого нет, Стеф, – тихо и почему-то очень серьезно заверил профессор. – Я уже давно сплю один. Если подумать, то для мужчины моего возраста просто неприлично давно. А из всех женщин этот порог чаще всего переступаете именно вы.
Его заявление само собой подняло Стефани настроение. Она улыбнулась и торопливо последовала за Кроу.
Конец семестра подкрался не то чтобы совсем незаметно, но гораздо быстрее, чем Стефани хотелось бы. Вероятно, этому способствовало постепенное налаживание всех аспектов жизни, на которое она уже и не надеялась.
Прежде всего, им с Кроу удалось доработать формулу зелья для Бран. На его приготовление ушло несколько дней и пока рано было говорить о результате, но Стефани испытывала осторожный оптимизм, поскольку все расчеты обещали успех. Если только не вмешается еще какой-нибудь неучтенный прежде фактор.
Оптимизма добавляло и внезапное улучшение отношений с Арни. На очередной лекции тот без лишних объяснений просто снова сел на прежнее место – рядом со Стефани, а Алиса радостно присоединилась. Гран продолжал сидеть отдельно, и на зельеварении место партнера Стефани закрепилось за Лонгборном. Парень был совершенно безнадежен, но возможность варить зелья и, соответственно, делить оценку с ней серьезно повысила его успеваемость по предмету. Учитывая, что он был из семьи потомственных зельеваров и пошел на продвинутый курс только для того, чтобы не разочаровывать родителей, это поднимало ему настроение, а вместе с ним радовалась и Стефани.
Однако на зачетном занятии в конце семестра каждый работал самостоятельно и варил зелье, доставшееся ему по жребию.
– Сегодня исторический день, господин Доннер, – медленно протянул профессор Кроу в конце занятия, когда дело дошло до оценок.
Аудитория замерла и затаила дыхание в ожидании продолжения. По лицу преподавателя было трудно догадаться, к чему он клонит: торжественный тон намекал на возможную похвалу, но поскольку такого еще никогда не случалось, верилось с трудом.
– Я, пожалуй, отмечу этот день в календаре и буду праздновать его ежегодно как дату своего профессионального триумфа, – губы Кроу растянулись в пугающей улыбке. – Ибо сегодня я начисляю вам за зелье даже не четыре, а все пять баллов из пяти возможных.
Арни облегченно выдохнул и улыбнулся, а по аудитории прокатился неуверенный смешок, смешавшийся с удивленными возгласами. Вот уж действительно исторический день!
– Молодец, Арни, – шепнула Стефани другу.
