Он ненавязчиво отцепил от себя ее руки и сделал шаг назад, увеличивая дистанцию. Только теперь в его взгляде появилось то самое отчуждение, которое Стефани опасалась увидеть.
– Собственно, я ничем не хуже и не лучше главы ордена, поэтому считаю свой курс полностью пройденным вами, ставлю вам высший балл по всем грядущим темам и экзамену и освобождаю от посещения предмета. Ректора Милдред я уведомлю об этом завтра. Вы очень хорошо поработали в прошлом семестре, так что в новом сможете немного отдохнуть.
Его слова звучали бы музыкой для ушей любой отличницы. В других обстоятельствах Стефани и сама была бы крайне польщена, но сейчас смотрела на преподавателя с ужасом.
– Вы что?.. Вы избавляетесь от меня, профессор? Это из-за новогодней ночи? Из-за того, что я вас поцеловала? Мне показалось, тогда вы были не против…
Он отвел глаза и чуть опустил голову, словно испытал чувство вины, но это не продлилось долго. Кроу снова поднял на нее взгляд и усмехнулся.
– Конечно, я был не против. Я тебе больше скажу, Стеф: я был бы не против и всего остального. Даже думал об этом. Я мог бы воспользоваться твоей… твоими чувствами и соблазнить… да хоть сегодня! Прямо скажу, молодая любовница очень скрасила бы мое вынужденное пребывание в академии. Пусть и всего на несколько месяцев.
Слова прозвучали довольно жестко, и Стефани с трудом сглотнула, услышав их. Ей стало жарко, и она не сомневалась, что лицо у нее горит.
– Но я слишком уважаю тебя, – продолжил он уже мягче. – Ты действительно выдающаяся студентка, какой у меня еще не было. И я… я не хочу пользоваться ситуацией и играть твоими чувствами. Но и ответить на них так, как ты того хотела бы, я не могу. Поэтому для нас обоих будет лучше в оставшиеся несколько месяцев держать дистанцию. А если орден примет тебя досрочно, то и вовсе не стоит терять здесь время. Ты вполне способна сдать экзамены раньше и уехать. Тебя ждет большое будущее, и я желаю тебе удачи.
Стефани смотрела на него во все глаза и боялась моргнуть, чтобы слезы не потекли по щекам. Он говорил спокойно, без обычного своего едкого сарказма и без презрительного высокомерия, но каждое слово било наотмашь, пронзало насквозь и жгло огнем. Наверное, ей стоило поблагодарить его за откровенность и благородство, но она смогла лишь молча ринуться к двери, схватив со стула сумку и забыв на столе кучу разных мелочей.
Однако Кроу не стал ни останавливать ее, ни догонять.
Утром Кроу проснулся в отвратительном состоянии и еще более отвратительном настроении. Накануне он долго не мог уснуть, прокручивая в голове разговор со Стефани, а потому теперь чувствовал себя разбитым.
Надо было все-таки придерживаться плана и сразу сообщить о письме главе ордена и его ответе, но, увидев ее, он просто не смог отказать себе в удовольствии провести вместе еще один вечер. Глупо, сентиментально и совершенно ему несвойственно, но вот так странно на него теперь действует Стефани Грей! Хорошо еще, что ему хватило сил и мужества отказаться от всего остального, что он успел себе нафантазировать в новогоднюю ночь. Тогда Кроу так и не смог уснуть до самого утра.
Отрезвление – во всех смыслах этого слова – пришло позже. Он действительно считал, что Стефани с ее способностями к обучению, анализу, построению теории и упорством ждет большое будущее, и ему в этом будущем не было места рядом с ней. Зачем? Его имя всегда будет тенью, лишним грузом и препятствием всему.
Быть может, если бы Кроу верил, что сможет сделать ее по-настоящему счастливой, он бы рискнул. Но с его дрянным характером это выглядело слишком маловероятным. К тому же когда Стефани вступит в орден и вокруг нее окажется много достойных молодых людей, разделяющих ее интересы, ее влюбленность в него быстро угаснет, сомневаться в этом не приходилось. Так зачем ей такое пятно на репутации, как роман с ним?
Нет, он принял правильное решение. Наверное, какое-то время ей будет больно и обидно, но постепенно все пройдет. А немного злости даже пойдет девушке на пользу.
Заставив себя сесть на кровати и растерев лицо руками, чтобы прогнать сонливость, Кроу повернул голову и посмотрел на прикроватную тумбочку. На ней уже несколько дней стояла маленькая открытка, сопровождавшая новогодний подарок от Стефани. Тоже сентиментально и глупо. Если кто-нибудь ее увидит, ему придется убить этого человека, чтобы он никому не разболтал… Впрочем, в его спальне давно не бывает посторонних.
Кроу встал, ежась от прохлады подземелий, с которой прогоревший камин к утру не справлялся, взял с кресла халат. Пока надевал его, услышал за спиной тихий звук. То ли шорох, то ли шелест. В другом месте, наверное, даже не заметил бы его, но здесь всегда было так тихо, что любой звук привлекал внимание.
Обернувшись, Кроу медленно обвел взглядом ту часть комнаты, пытаясь понять, что могло стать источником. В глаза сразу бросился светлый картонный прямоугольник на полу: открытка Стефани каким-то образом слетела с тумбочки.
