Я только отмахнулась, осматривая руку пострадавшей. Уверена, что вредный шкаф не покалечил незваную гостью и даже не успел толком пожевать, но необходимо вытащить занозы и успокоить шокированную сокурсницу.
— Не думала, что в славянских землях есть проклятые предметы, — Кири с размаху вытащила кинжал и потыкала им в ручку шкафа. Та дернулась, получила плоской стороной лезвия по фурнитуре и присмирела.
— Он не проклятый, просто слегка недобрый и не любит хранить одежду. Да я и не настаиваю, мне сундуком пользоваться привычнее.
— Тебя победил шкаф, — убийственно констатировал Кощей. — Знавал я в жизни всякое разочарование, но ты — это нечто.
— Друг мой, не мог бы ты любезно закрыть свой рот и не нарываться на разборки? Прошу, — сцепив зубы, выдавила я. Дружелюбие дается нелегко, особенно при скверном характере собеседника.
— Вряд ли мне стоит опасаться ту, что не смогла поставить на место мебель, но как будет угодно красной девице, — заледенел Костик, отвернувшись к окну.
— Скоро начнется последняя пара, нам бы не опаздывать. Слав, я тебе потом тарелку обратно починю и на шкаф рявкну, ладно? Ближе к вечеру, — Полоз запихнул гаечный ключ в нагрудный карман и поправил пиджак.
— Угу, сейчас, только почту проверю.
Маленький почтовый ящик, прибитый к окну с внешней стороны, я старалась просматривать каждый день. Письма от мамы и давних знакомых, некоторые молитвы страждущих, пара предложений о сотрудничестве и рекламка новой кето-диеты перекочевала на стол. Так, а это что за конверт?
— Уважаемая студентка, оповещаем вас, что через семьдесят часов начнется первая производственная практика в человеческом мире. Руководитель практики от учебного заведения — Рарог, руководитель от производства — Роман Павлович Соколов. Место сбора — аудитория номер один, в восемь часов утра по местному времени. Дополнительная информация будет сообщена позже или направлена на ваш почтовый адрес не позднее, чем за двадцать четыре часа до начала практики. С уважением, администрация академии преемников, — растерянно прочитала я вслух, обведя глазами присутствующих.
— А вот и проблемное обучение, — подытожил Руслан, погладив кота. — Есть идеи, каким будет следующий смертельный пинок?
Воздух пах ужасно. Кривая на правый глаз ворона усиленно махала крыльями, преодолевая порывы ветра, пока летящая обертка от шоколада не врезала птице по клюву. С хриплым карканьем ворона рухнула на землю, а я перехватила мусор, сунув его в мешок.
— Вот так, голубчик, полезай в мобильную урну, — вслед за оберткой отправилась стеклянная бутылка, пачка из-под чипсов и пожеванный «счастливый» билет на пригородный автобус.
— Потрясающе! Просто выше всяких похвал, всегда мечтала поработать мусорщицей! — модельный каблучок вонзился в рыхлую почву, утопая на добрую половину. — Почему у вас не штрафуют за выброс отходов в неположенном месте?
— Штрафуют, Тэль, только если поймают. А тут на ближайший десяток километров ни одной патрульно-постовой службы, кроме участкового в соседней деревне, беспробудно пьянствующего второй день.
Для утилизации разбитого стекла пришлось натянуть перчатки. Под сгнившей бумагой обнаружились залежи использованных подгузников и отказывающихся разлагаться молочных пакетов, которые я деловито утрамбовала в пластиковый мешок.
— Баал грешников покарай, — тихо ругнулись сзади, и я почувствовала запах крови.
Стоеросовая балда, принявшаяся собирать консервные банки голыми руками, закономерно порезалась о вскрытый край крышки. Пришлось снимать перчатки и доставать перекись водорода.
— Не надо, само затянется, — вяло отбивался Константин, норовя вытереть кровь о кафтан. — Лучше Фриде помоги, кажется, она погрязла в пивных крышках.
Я пожала плечами. Если пациент не при смерти и отказывается от лечения, то зачем настаивать? К тому же, бессмертным заражение крови не страшно.
Уф, основная грязь убрана, хотя люди изрядно постарались, сваливая в овраг мусор десятилетиями. Осталось самое противное, сложное и неубиваемое. Окурки. И чтобы разобраться с этой проблемой, мне необходимо скрыться от чужих глаз.
— Мы похожи на бомжей, — Арсений подобрал «бычок» Мальборо и галантно протянул его мне. — Мадемуазель, позвольте вас угостить свежесобранными табачными остатками?
— Вы забыли предварительно снять пробу, — отшутилась я, отходя подальше в лес.
Наши руководители, больше всего похожие на надзирателей, отобрали у нас сумки с рабочими инструментами, вручив острые палки, мешки и перчатки, дипломатично указав старт и финиш. Стартом служила деревня Ельцовка, финишем — закат. Все попытки прибегнуть к нашему естественному состоянию — колдовству — категорически пресекались, апеллируя к необходимости поработать руками.
— И куда это мы собрались? Никак филонить вздумали, уважаемая? — меня перехватили за локоть, едва я ушла на приличное расстояние, развернув к черной фигуре. — А как же чрезвычайная забота о природе?
Густая зелень скрывала нас обоих от занятых спутников, поэтому я не мешкая принялась за дело.
— О ней и забочусь.
