— А я уже закончил и даже отслужил, — хвастливо протянул богатырь, отпивая химозный кофе из пластикового стаканчика.
Такой же стаканчик стоял передо мной, но пить я не рисковала — антикомкователя в нем больше, чем кофеина. В человеческом мире почти наступила зима, поэтому предложение прогуляться по парку я встретила с радостью. Пять лет снега не видела! Белые хлопья, летящие в лицо вместе с ветром, принимала благостно. Даже вонь автомобилей и гарь котельных меркла перед безбожно могущественной зимой, вступающей в свои права. Только мой спутник почему-то замерз и через полтора часа прогулки вокруг будочки с цветной вывеской предложил зайти погреться.
— Кому служил?
— Э-э-эм, — смешался богатырь. — России.
— Прекрасно. А то я уже испугалась, что под чужими богами ходишь.
— Не, я этот… Короче, куличи на Пасху ем. Ну давай, рассказывай. Давно на сайтах знакомств сидишь?
— Недавно, — неохотно ответила я. — Наставник сказал зарегистрироваться, раз с объявлениями в газете не получилось.
— Понятно, — бросил он, отвлекаясь на уведомление мобильника. — А чего вообще ищешь?
— Отца будущей дочери.
— Воу, — богатырь отпрянул, мгновенно отвлекаясь от телефона. — Ты чего, женщина? Так сразу?
— Ну нет, разумеется, — предупреждали же, что они без свадьбы не согласны! Голова моя садовая. — Сначала свадьбу, венчание, все как у людей полагается.
И глазками так хлоп-хлоп. Однако богатырь вопреки людскому закону не успокоился, а наоборот, побледнел еще больше и как-то нехорошо сузил глаза.
— А, так ты из этих, — недобро протянул он.
Макошь великая, неужели догадался? Не может быть, я специально посмотрела сводку человеческой моды и надела короткий сарафан вместе с сапогами на каблуках. Те, правда, достались еще от мамы и были похожи на черевички, но какая разница? Закон Жизни не запрещает посвящать князей да богатырей в то, кто родится от них, но традиции предписывают молчать. Не из-за человеколюбия, а чтобы не смел лезть смертный в воспитание новой жрицы.
— Из каких?
— Тех, кто честных парней под венец загнать хочет, — витязь осуждающе покачал головой. — А потом ребенка отобрать и на алименты жить, да?
Приплыли. «Честных парней загнать под венец», — ма говорила, что честные, наоборот, требуют сначала венчания, и только потом могут довериться жене. Стесняются они, понимаешь ли.
— Тогда давай без венчания, — мне же проще. — Уважаю твои принципы, если таковые есть. Как у тебя обстоят дела со здоровьем? Наследственные, хронические, приобретенные заболевания есть? Проклятья, родовые порчи, раннее облысение в анамнезе отсутствуют?
— Чего? — вытаращился он. — Ты ЗОЖница, что ли?
Странные нынче витязи. Хотя этот больше походил на дружинника, а не на свободного искателя подвигов. Голодного. Иначе почему глядит на мое пирожное как на врага народа? Подсушенный эклер я выбирала из психоаналитических соображений: длинный и очень наглядный. В нашем деле что главное? Баланс! Равновесие между риском спугнуть бородатую дичь и опасностью показаться слишком недоступной.
Времени на долгие ухаживания у меня нет. Бабушка второй месяц носит подношения идолу Макоши, вырезанному в стволе реликтовой ели, но богиня не слишком-то хочет говорить со своими жрицами. Я украдкой ходила к древнему алтарю Лады, нынче закатанному в бетон и стекло, и долго слушала землю. С Ладой всегда было просто. «Сладить» — и этим все сказано. Но вдохнуть силу богини полной грудью не получилось.
— Вроде того. Ты, кажется, тоже.
Не зря же богатырь пришел на свидание в спортивных штанах. Сразу видно, за здоровый образ жизни, спорт, труд, май. Рарог, старый знакомец и мой преподаватель, тоже предпочитает «говорящую» одежду: домотканый лен, свободный крой и огнеупорную фурнитуру.
И… А это что такое?
— Ты чего? — недоуменно спросил кавалер, глядя, как я перекладываю эклер на его тарелку. — Не хочешь пирожное? А зачем тогда брала? Ладно, я съем.
— Да-да, приятного аппетита.
«Уважаемая Ярослава Яга, приветствуем и желаем долгих лет жизни. Результаты тщательной и всесторонней оценки целесообразности дальнейшего функционирования факультета пограничников на базе академии преемников готовы. Московский ковен и Международный конгресс высших приняли решение продлить испытательный срок данного факультета, назначив аттестационные экзамены в конце учебного года для обучающихся, по итогам которых будет вынесено повторное решение.»
— Ура!
— Э-э-э, — добрый молодец снова потерялся. — Тарелка как тарелка. Помыли плохо? Давай на кассу сходим, потребуем деньги за пирожное вернуть, раз они в грязной посуде подают. Так можно, я в интернете видел.
— Нет, тарелка чистая.
Да! Они оставили нас в покое до конца года!
«Следующий учебный семестр начнется с тринадцатого лунного дня сего месяца. Не опаздывайте к началу занятий. С уважением, декан факультета пограничников А. Малахитница», — всплыла вторая надпись на столовском блюдце. И тут же пропала под грязной полосой, выведенной богатырским пальцем.
— Теперь грязная, — довольно произнес он, вытирая уличную грязь об штаны. — Ну что, пошли на кассу?
— Без меня. Извини, срочные дела.
