– Больше некому, – не поддался на мое спокойствие Риан.- Он прекрасно знает, что ты будешь молчать, потому что не хочешь становиться между нами. Что ж, мне придется более доходчиво объяснить свое ко всему этому отношение.
С тихим звоном водрузив чашку на стол, я решительно выступила против его заявления.
– Магистр ничего предосудительного не совершил, а говорить гадости это вообще в его природе, больше всех, кстати, Юрао достается. И ты прав, я не хочу становиться причиной вашей вражды. Совсем не хочу, Риан.
Магистр хмуро вернулся к чаепитию. Я тоже, а настроение все равно испортилось, и у меня, и у него, даже не ел больше. Просто маленькими глотками пил чай.
Поднявшись, обошла стол, осторожно положила ладони на его напряженные плечи и тихо сказала:
– Между прочим, пироги остывают.
– Подогреть? – отстраненно предложил Риан.
– Поджаришь или обуглишь? – да, не могу никак забыть «подогретый» до черноты заварник.
– Я осторожно, – глухое раздражение сложно было бы не заметить.
Блюдо плавно поднялось в воздух, и под ним заалел маленький огонек. Такой маленький, осторожный, едва касающийся железного блюда.
– Как красиво, – прошептала я, обнимая Риана.
В следующее мгновение я вдруг оказалась на руках магистра, губы обжигало поцелуем, а где-то ревело пламя… Я начала хохотать раньше, чем запах гари стал невыносимым. Уткнувшись в плечо Риана, напряженного и явно моим поведением недовольного, просто хохотала, потому что пироги были «подогреты» до состояния «это уже не еда, это уголь».
– Единственное, что меня радует в этой ситуации, это твой веселый смех, – с нежностью произнес Риан, поправляя мои волосы.
– А меня то, что еще сладкие пироги остались, – весело ответила я, перестав, наконец, смеяться.
– И не злишься? – осторожно погладив меня по щеке, поинтересовался магистр.
– Я же не гоблин, – вспомнив историю с отправлением грязной посуды в спальню наследника гоблинской империи, я вновь расхохоталась.
Со всеми этими событиями, я как-то совсем забыла, что практически лежу у магистра на коленях, и, наверное, не вспомнила бы, не начни он нежно меня целовать. Я была воспитана в строгих правилах, и сидеть на коленях у мужчины в Приграничье, а уж тем более в Загребе считалось недопустимым. Первое время работы в «Зубе Дракона», видя доступных женщин, запросто усаживающихся на колени едва знакомых мужчин, я искренне не могла понять, как они идут на эти предосудительные действия. Потом старалась просто не обращать внимания. В Ардаме с моралью оказалось куда как проще, чем в моей деревне. Но вот сейчас, я едва дышала в объятиях Риана, и мне совсем не хотелось думать, насколько недопустимо я себя веду. Мне было просто хорошо с ним, здесь и сейчас.
И вдруг магистр остановился, поднял голову, взглянул в сторону двери. Не выдержав, я спросила:
– Что там?
– Ничего, я просто жду, – сдерживая улыбку, ответил Риан.
– Чего? – я села ровнее.
– Чего угодно, – тоном смирившегося с неизбежным ответил магистр, – в двери постучат, что-то произойдет, или ты упадешь в обморок. Но вот чтобы во время нашего поцелуя и ничего не произошло, в это поверить сложно.
И лишь заметив его хитрый на меня взгляд, я поняла, что Риан просто подшучивает надо мной. А затем, совершенно серьезно, и в то же время едва сдерживая улыбку, он предложил:
– Продолжим?
И я не смогла сказать «нет».
Так бывает – когда засыпаешь думая о нем, и просыпаешься с теми же мыслями. Я понимала, что влюбилась окончательно. Нет, это я знала и раньше, но чтобы так в омут с головой и в то же время парить от счастья, это началось только сейчас. И я сидела на подоконнике, держа в ладонях чашку с остывшим еще вчера чаем и смотрела на завораживающий танец лорда Тьера, который в отступающем ночном сумраке тренировался с огненными клинками. А я откровенно подглядывала, прячась за занавеской, чтобы не дай Бездна не увидел, и с улыбкой думала о вчерашнем вечере. О его нежных прикосновениях, о том, как после торопливо допивали остывший чай, а затем еще более торопливо я делала домашнее задание, а Риан почти молниеносно прочитывал письма, служебные записки, и, недобро прищурив глаза, вчитывался в учебный план на следующий год, чтобы в итоге мне сообщить: «Трудно сосредоточиться, когда ты так на меня смотришь». И только после этого я поняла, что в пятый раз читаю одно и то же предложение в учебнике. В итоге спать я легла к полуночи, после нежного поцелуя и пожелания сладких снов, а проснулась на рассвете – просто очень хотелось его увидеть.
Магистр вскинул руки – оба клинка мгновенно угасли. Вспыхнуло адово пламя, поглотив лорда Риана Тьера.
Я тяжело вздохнула, спрыгнула с подоконника, потянулась и поняла, что спать больше совсем не хочется.
После быстрого душа я переоделась в форму академии, собрала волосы и решила еще раз перечитать главу по Заклинаниям Противодействия, заданную магом Селиусом.
