– Хороший вопрос, – Риан погладил меня по щеке, затем пальцы осторожно пробежались по шее, – и мне предстоит найти ответ на него. Потому что кем бы ни был наш осторожный враг, на сей раз он перешел грань. В общем, остаток дня я занимался допросом причастных к обнародованию тайного указа и самое забавное, что все они назвать первоисточник данной весьма странной бумаженции не сумели. Бардак в канцелярии императора, если говорить откровенно. И мне придется этим заняться, несмотря на все мое нежелание разбираться с делами императорской семейки…- тяжелый вздох и задумчивое: – А как твой день прошел?
– Как в тумане, – честно призналась я. – Мне кажется, я даже лекции не слышала… А потом пошла в контору, а там Юрао и снег же выпал мягкий такой. И когда в меня первый снежок попал, я расстраиваться перестала.
– Было бы из-за чего расстраиваться, – Риан нежно поцеловал меня в самый кончик носа, – я о тебе беспокоился. Пойми, Тесме крайне требовательный преподаватель, а ты еще и работаешь в этой вашей конторе, и я даже не сомневаюсь, что ты планировала по полночи просиживать над учебниками, чтобы доказать Тесме, да и мне тоже, на что ты способна. Я все понимаю, Дэя, но мне хочется, чтобы ты по ночам спала, а не доказывала мне какая у меня замечательная невеста.
– А я расстроилась, что ты в меня… не веришь, – признание далось с трудом.
И едва проговорив это, я осторожно взглянула на Риана. Магистр улыбался, так загадочно и даже чуть снисходительно, а заметив мой взгляд, тихо спросил:
– Ты правда думаешь, что я могу «не верить» в девушку, которая ушла из дома и, не умея толком читать и писать, поступила в Академию Проклятий? Или ты полагаешь, я не понимаю, насколько нужно быть сильной, чтобы, несмотря на постоянное недосыпание и насмешки адептов и учиться и работать в течение почти четырех лет? Дэя, я восхищаюсь тобой, родная. Твоей стойкостью, твоей чистотой, и тем, что несмотря ни на что, ты осталась светлой и сочувствующей, не обозлившись на весь свет… как я в свое время.
Я даже не знала, что и сказать на это, но Риан ответных слов и не требовал, мягко попросив:
– Расскажи, что было в конторе.
И я начала рассказывать, запнувшись на появлении Эллохара, описав историю с желающим встречи огромным улыбающимся снежным комом, с небольшой заминкой, пропустив ситуацию с Эллохаром. А затем вновь остановившись, едва речь зашла о том самом деле с драгоценностями. С одной стороны мне хотелось рассказать все, с другой я помнила о предупреждении магистра Эллохара и в то же время… мне действительно хотелось рассказать абсолютно все. И я начала с осторожного:
– А в Ардаме девять лет жила пожирающая жизнь…
Риан отреагировал спокойным:
– Это вряд ли. Полукровка еще может быть, это Приграничье, а жители Миров Хаоса весьма изобретательны, но чтобы чистокровный пожирающий – такого быть не может.
– Полукровка… – подтвердила я.
После некоторой задумчивости, магистр произнес:
– Стоит сказать Эллохару. В его школе ребенок будет в безопасности, там трое пожирающих уже на обучении, в Ардаме она рано или поздно выдаст себя, а официальная политика в отношении столь опасных рас – уничтожение на месте.
Я на мгновение замерла, восторженно глядя на Риана, затем поддавшись эмоциям, потянулась к нему, легко поцеловала, стремительно покраснела, сообразив, что делаю и радостно заявила:
– Ну тогда можно все рассказывать!
– А вот это уже интересно! – Риан нахмурился. – То есть ты не хотела мне все рассказывать?
– Я боялась, что ты придерживаешься «официальной политики»…
На меня укоризненно посмотрели.
– Но ты же племянник императора, – попыталась объяснить я. – К тому же я знала, что у лорда Эллохара есть в школе запрещенные шайгены, а о том, как ты к этому относишься, я не знала.
– Зацелую, – решил поугрожать Риан.
А я улыбнулась, потянулась к нему и поцеловала первая. И теплое чувство разлилось в душе, едва он нежно-нежно и так осторожно поцеловал в ответ. Но потом случилось закономерное, и отвернувшись от магистра я выдала оглушительное:
– А-апчхи!
Сопоставила свое «апчхи» с поездкой в карете без крыши и поняла, что пора срочно пить чай.
– Та-а-ак, – протянул Риан.- И где мы сегодня простыли?
– Сейчас буду рассказывать, – слезая с колен лорда директора, пообещала я, – идем чай пить, и у меня пакет вкусностей из Мелоуина.
В ответ на мое предложение, Риан усмехнулся и в приказном тоне скомандовал:
– Раздевайся.
Есть что- то волшебное в том, чтобы из зимы сразу оказаться в теплом летнем вечере. Мы сидели в теплой воде того самого эльфийского озера. В небе ярко горели звезды, на приозерных кустах почти столь же ярко сияли светлячки, они же кружились вокруг нас, и создавалось ощущение, что мы купаемся в звездном небе.
– Как красиво, – прошептала я, протягивая руку к трем играющим в догонялки светлячкам.
Те, испуганно отпрянули, но затем подлетели, с интересом рассматривая нечто новое для себя.
– Красивая здесь ты, – Риан расплел мои волосы, и едва они волной упали на плечи, нежно обнял, привлекая ближе к себе.
