В моей семье установлено табу на выражение чувств и эмоций. Так было всегда, сколько я себя помню. Отец всегда говорил мне, что мужчины не плачут и им не бывает больно. Они не должны проявлять нежность. В особенности не имеют права испытывать привязанность к каким-либо вещам и, конечно же, людям. Особенно к людям. Не показывай свою злость и агрессию – эти чувства не приветствуются обществом. Не смей демонстрировать печаль и грусть – это неуместно. Подавляй в себе все, что делает тебя слабым в глазах социума. Духовные скрепы. Моральные ценности. Теперь же я сталкиваюсь с обвинениями: ты недостаточно внимателен и отзывчив; тебе стоит чаще улыбаться; нельзя быть таким эгоистом; прояви немного сострадания; тебя не интересуют наши чувства и желания; мы тебя не так воспитывали. Не понимаю. Что они хотят от меня?
Декабрь. 2019 год
Все чаще я испытываю головные боли и дискомфорт в области живота. У меня проявляются симптомы язвенной болезни, бронхиальной астмы и артериальный гипертензии. Но анализы чистые. Врач говорит, что все мои симптомы – психосоматика. Бредни. Я что, все это выдумал?
Январь. 2020 год
Сегодня мне исполнилось 18 лет, а я все еще не знаю, чего хочу.
Март. 2020 год
Меня бросила девушка. Она сказала, что со мной слишком сложно – я не понимаю ее, не слышу и не поддерживаю в сложных для нее ситуациях. Отвечаю дежурными фразами, словно откупаюсь. Словно мне плевать. Не знаю, что она имела в виду. Я всегда ее слушал. Помню все, что она говорила мне. Начиная от: «Марина – безвольная овца, которая повелась на россказни этой стервы», заканчивая: «Никогда не бросай меня, Светик». Я говорил: «Все будет хорошо», когда это было нужно. Я говорил, что тоже люблю, когда она признавалась в чувствах. Я смеялся, когда она рассказывала забавные истории, и грустил, когда она лила слезы. Что я сделал не так? Что еще требовалось от меня?
Март. 2020 год
Прошло две недели. Олеся – моя бывшая девушка – подошла ко мне и спросила, что я чувствую? Неужели мне все равно, что мы расстались? Я не знал, что ответить. Физически я чувствовал себя хуже, чем до нашего расставания. Мне было плохо. Но оказалось, что это было не то, что она хотела услышать.
Май. 2020 год
