И снова Виктор ощутил внутренний бунт на фоне дичайшей неприязни к ректору. Признаться, никакой командной игры сам Дарм сроду и не предполагал – не сложилось ни с друзьями, ни с семьёй и единомышленниками. Но отчего-то служба всегда представлялась именно в команде единых целью людей. И эта цель была общая, как вектор. И все в его утопии несли свой вклад ради большого общего результата. Как к большой цели может прийти один человек за одну жизнь – он не имел представления. Да и желания представлять.
Он сгрёб свои вещи в кожаный портфель и хмуро вышел прочь. Проветриться хотелось до ужаса, обдумать… а ещё что-то сказать Эльзе, но наверно не нужно.
Какая же она! Раздражающая! Непостижимая! Манящая…
От последнего накатило отчаяние. Никак в его планы не входило влюбляться. В планах Виктора Дарма числилось успешное окончание Утёса, перспективная госслужба, самостоятельный путь и полная сепарация от родителей. В идеале, и как можно скорее! Иначе они обязательно навяжут брак и жизнь, от которой тошно.
Но Эльза… выбивала все эти планы из головы. Вместо них, в мыслях поселились бесчисленные вопросы, например, взять хотя бы особые отношения между ней и ректором. Её чудесное появление на четвёртом курсе при явной нищете… и прочие!
Староста ходил побитой собакой. Впервые этого вышколенного сноба стало жалко.
– Проблемы?
Тот сначала отмахнулся от Виктора, но развернулся, задумчиво окинул взглядом с ног до головы и медленно заговорил:
– Мистика, ей-богу. Совет старост сейчас до костей протрясли на тему воровства – вообрази, Дарм!
Виктор нахмурился:
– Не припомню такого в Утёсе.
– Нет, тема регулярная, но потому и не говорили – легко всё это вскрывалось. Бедные детки-льготники от зависти тырят у соседей, мстят за судьбу тяжелую. Или аристократия клептоманит – это тем более заминается на раз-два. Но в этот раз всё совсем иначе: кражи несистемные, скорее случайные, при закрытых дверях, сейфах, и вещи неприметные, но на оценку дорогие. И ни следа. Это тебе не воровство склянок с кремами в женском общежитии. У нас здесь эксперт завёлся.
– И сколько инцидентов?
– Три кражи.
– Установлена связь?
– Её нет! – староста эмоционально замахал руками, а глаза полезли из орбит, – Дарм, ты слушал вообще?
– Так может это два – три разных клептомана?
– Может. – тут же собрался молодой человек и призадумался, – Это больше похоже на правду.
– А может, и не крали вовсе? Три кражи не система, если системы не выявлено. Может на лицо переутомление студентов?
– Было бы так, если среди потерпевших сегодня не нашёлся преподаватель.
– Даже так… меняет дело.
– Вот именно! – всплеснул руками снова разбушевавшийся староста и ринулся смерчем по коридору.
Но только беседа рассеялась, и Виктор приобрёл суровый вид, сменил маршрут, точно зная, что не пойдёт этим утром выходного дня в библиотеку. Во время завтрака в женском общежитии было почти пусто, но те из девушек, что попадались на пути, бросали лукавые или осуждающие взгляды.
– Не видела тебя здесь… – повела обнажённым плечом студентка факультета целителей – хорошенькая точёная блондиночка, на которой он иногда застревал взглядом. Она только что вышла из купален и не особо обременяла себя прикрытием тела – полотенце едва на ней держалось, – Что здесь Зоркий потерял? Кого – если точнее.
Виктор не нашёлся с ответом, да ещё и зарделся от такого внимания. Надо думать: девушка почти обнажённая, под большим банным полотенцем никакой одежды, румяная, разгорячённая.
– Где… – голос сильно подвёл и выдал ломоту, – Проживает…. – снова нелепая пауза, – Эйс.
Игривость стёрло с лица нимфетки, которая ни капли не стеснялась своего неприличного вида, наоборот, она откинула влажные волосы с плеч и дала вдоволь собой полюбоваться, но подсказку кивком головы всё же дала:
– А дикарка у нас вот там на самой галёрке, как и положено шизикам.
И потеряла интерес, но всё же выдала добросовестное покачивание бёдрами напоследок, словно отговаривая от затеи найти Эльзу.
Удивительно, но с этой приманкой Виктор справился без труда.
– Я к такому не готов… – шёпотом выдал молодой мужчина и с тяжёлым выдохом повернул к «галёрке».
Учтивый стук в обшарпанную дверь был лишь предупреждением – ждать приглашения он не собирался, знал, что наверняка где-то ходит завхоз и легко поймает нарушителя порядков. И потому спустя секунд пять после стука повернул ручку, хорошенько толкнул дверь, взламывая закрытый чисто символический замок и вторгся внутрь.
Как только дверь полумрачного мансардного этажа под самым скатом закрылась, Виктор проморгался, привыкая к полумраку. Окно всего одно да мизерное – для голубей, что ли? Которые, к слову, заполонили весь подоконник.
– Это же голубятня… – нахмурился он и принялся ходить по небольшому помещению, рыская газами.
Скрип двери возвестил о прибытия хозяйки:
– Ты что здесь забыл, Дарм?! – возмутилась девушка и встала, прислонившись к двери, – Замок выбил? Ты полоумный что ли? Аристократы, чёрт вас дери!
