Академия Зеркал (СИ) полностью

– И этот человек склоняет всех к любви, семейности и нравственности, – столь запальчивая речь лишь насмешила Аделину.

– Потому что я как никто другой понимаю, что часики-то тикают, – пригрозила пальцем, нагоняя страха.

Десма не казалась той, кого волновала собственная жизнь, одни лишь чужие любовные похождения. Это натолкнуло Элину на вопрос.

– Значит, ты уже замужем? По любви или?..

– Замужем, – подтвердила, вновь схватившись за бокал, как за лучшее успокоение нервов и души. – Боялись, что сбегу куда, недоучившись, и брошу Род навсегда. Может в чём-то и правы были. Но не смотри ты так, не жалей меня. Илиан – мужчина хороший, лучший даже. Мы дружим, и возможно когда-нибудь из этой дружбы прорастут настоящие чувства?

– И всё же…

– Иногда приходится решать, что для тебя важнее. Жертвовать. Я выменяла свою свободу на свободу Каллиста. Но и того недостаточно, придёт время платить, а я уже отдала всё, что было.

– Если бы браком решались все проблемы, – протянула Аделина, ничуть не тронутая, – я бы давно выцепила кого из совета и женила на себе.

– Ага, Смолина. Как раз в твоём вкусе, сто три будет в новом году.

– Давайте уже выбирать платья, – быстро ушла от темы.

– Будут какие-нибудь пожелания? – Десма обратилась к Элине, взглядом портнихи пытаясь прикинуть параметры.

– Длинные рукава?

Модницей она никогда не была и даже не смогла бы назвать любимый цвет, поэтому рассматривать наряд принялась с точки зрения удобства и практичности. Шрамы лучше спрятать, не портить веселье и праздник. Конечно, можно держать руки за спиной весь вечер или надеть перчатки, но куда спокойнее и привычнее скрыть за длинными рукавами.

– Но руки же наше главное достоинство, – Аделина сделала несколько плавных движений. – Ты, как всегда, выделилась. Все только и мечтают оголить плечи. Да и не только плечи…

– В прошлом году, верно? Измагард пришёл в таком невероятном наряде: ярком, воздушном!.. И как раз с голой спиной. Сразу заимел себе почитателей.

– И ненавистников, – переспросила ещё раз: – Уверена?

– Так всем будет лучше.

– Всем? В каком смысле?

Одной оговоркой саму себя поставила в тупик: врать или довериться? Ссора с Северианом вроде бы доказала, что самое болезненное при желании становится неплохим оружием. Доверять не стоит. Но сегодня, сейчас, она готова второй раз наступить на те же грабли. Похоже, если бить в одно и то же место, оно и не болит уже.

– Шрамы. Неприятно будет их видеть. Да и Севериану они не нравятся.

Не такого они ожидали. Очевидно, не такого. Переглянулись со странной обречённостью. Не знали, стоит ли вообще расспрашивать – может лучше сдать назад? Аделина не выдержала первой и спросила таким тоном, будто не верила Элине.

– Настолько ужасные?

– Не то чтобы, – пусть запястья и искромсаны белёсыми полосами, это всего лишь порезы. – Но появится куча лишних вопросов. Мне привычней и спокойней, если они будут спрятаны.

– Вот значит почему ты ходишь в кофте даже в нашей комнате. Никогда бы не поверила, что такой как ты есть что скрывать! А?..

Десма не дала ей договорить, больно щипнув за лодыжку, и попыталась задать иной тон, располагающий к откровениям чуточку сильнее.

– Мы, конечно, умираем от любопытства, но если не хочешь говорить – всё поймём. У нас в друзьях слишком много травмированных мальчишек.

– Да здесь и рассказывать нечего…

– Откуда они у тебя? – Аделина не любила ходить вокруг да около и спросила в лоб. – Родители тоже или несчастный случай?..

Десма добавила:

– Мы никому не скажем, клянусь.

Элина понимала и их любопытство, и недоверчивость, и крохотную поддержку. Легко представить себя на чужом месте. Поэтому губы словно онемели – не такую скучную правду они ждали. Не эту жалкую трусливую Элю, не справлявшуюся с одиночеством. Но бежать не хотелось, и, задёрнув рукава повыше, она призналась:

– Никто в этом не виноват. Я сама оставила их.

Обе опешили. Какая молодец, не перестаёт удивлять! Точно не о таком должны вестись разговоры на девичниках.

– Сама? – выдавила Аделина и тут же вцепилась пальцами в её запястье. Каждую чёрточку рассматривала пристально. – Зачем?

Наверно, им не понять. Они так часто сталкивались с насилием, что просто не верили, как кто-то может самолично истязать себя, намеренно делать больно. «У тебя есть всё, так почему ты не рада?»

– Это глупость, я и сама не знаю зачем. Может, хотела почувствовать, что живу? Выплеснуть эмоции? Они копились и копились, а вредить лучше себе, чем другим, так ведь? Или, может, привлекала внимание? Никто не верит, когда у тебя болит где-то там внутри, «ленивое существо, начни двигаться!», но если раны настоящие, значит и боль тоже?

– Эля.

– Простите, – улыбнулась Десме и вновь натянула рукава по самые кончики пальцев. – Мы только отошли от тяжёлых тем, и вот опять испортила настроение.

– Шрамы уже не свести, – Аделина очевидно говорила об обращении к целителям.

– Я бы и не хотела от них избавляться. Это напоминание мне…