Когда толчки стали стихать, а земля встала на место, их лишили последней надежны. Вместе со стенами над головами теперь появился потолок. Словно кто-то наблюдал за ними и только ждал подходящего момента.
– Точно дело рук нечистого.
Стало темно, и Элина зажгла Оглянку, неуверенная как долго сможет концентрироваться. Пусть так, но это маленькая победа – ей не пришлось кидаться кому-то в объятья ради тепла и света.
Все они переглянулись, понимая, что идти в неизвестность, туда, где властвовал плотоядный монстр – не самая разумная идея. Но что им ещё оставалось?
– Даже если останемся здесь, пока дождёмся Орден плоти, успеем превратиться не то что в нечистых, в обглоданные кости, – крайне оптимистично заявил Севериан.
– И не известно, как там горе Хранители, – подхватил Измагард. – Между ними и нами, очевидно, кого будут искать со всеми поисковиками и усилителями.
– А так шанс выбраться живыми близится к нулю, – попытался возразить Демьян.
– Он хотя бы есть.
Так вчетвером они ступили вперёд. Элина невольно вспомнила темный коридор, по которому бесконечно бродила в поисках выхода. Стены давили, как и темнота вокруг. Слабый огонёк в руках уже начал рябить, намекая на свою близкую кончину.
– Не надрывайся, – услышала от Севериана, – всё равно тут прямо идти. А-то после твоего файер-шоу ещё придётся на руках тащить.
– Мы же ничего не увидим.
– Не страшно. Как в старые добрые времена возьмёмся за руки.
Её пробило на улыбку. Да, иначе Осенины и их приключение не назовёшь. На том и решили. И вот их окружила темнота. Первым шёл Измагард, ведя их по стеночке и направляя, а замыкающим был Дёма, следя за противоположной стороной.
По началу Элина ко всему прислушивалась и старалась не упустить ни звука, ни вздоха. Но чем дольше шли, тем отчётливее казалось что время, как и они, застыло. Бесконечность. В голову поползли дурные мысли.
Пусть им сейчас встретится Мороз и что дальше? Сражаться с ним будут? Изгонять, как вселившегося беса? А сил-то хватит? Если не смог ни Севир, ни опытный отряд победить, на что вообще надеяться можно?
Элина уже решила: сделает всё, лишь бы
Её вдруг как холодной водой окатило. Она не чувствовала чужих прикосновений, не слышала дыхания и шагов. Полное одиночество. Резко остановившись, Элина судорожно пыталась понять, что случилось. Она сама разжала ладони? Но даже так, сразу бы врезалась в Демьяна. Они не могли бы не заметить…
Чертовщина.
Или происки одного нечистого?
Элина вновь зажгла Оглянку. Трепещущий свет выловил из темноты очертания стен и две пропасти-развилки. Она сделала шаг и тут же остановилась. Выборы, как же она ненавидела выборы! Долго вглядываясь в темноту, Элина не нашла там ничего нового – лишь заработала паранойю. Ей мерещилось, что кто-то стоял далеко во тьме и смотрел на неё неотрывно. Желание бросить всякие попытки и забиться в угол росло с каждым неуверенным шагом.
– Здесь кто-нибудь есть? – крикнула и сама же испугалась того, как неестественно прозвучал голос.
Никто не ответил. Сердце стучало так громко, что казалось, заглушало любой звук. Она попыталась дышать ртом, вспоминая все медитации с Фёдором Васильевичем, но, стоя в темноте и одиночестве после кучи жестокостей от нечистых, было попросту невозможно успокоиться.
Элина двинулась дальше. Свет на ладони вновь стал подрагивать. От перспективы остаться в полной темноте к горлу подступала тошнота. Что будет делать? Цепляться за стенку, как до этого?
Вдруг позади себя услышала бессвязный шёпот. Однако резко обернувшись, она ничего не увидела, а вскоре голос и вовсе пропал, как ни бывало, погружая её обратно в полную тишину.
Да он просто играется с ней, да?
И словно вторя мыслям, резко вспыхнул свет. Вот только теперь вместо простых деревянных стен её окружили зеркала. Целый лабиринт из зеркальных коридоров и отражений. Элина уже не сомневалась – она в ловушке, она сошла с ума.
Отражение глядело устало и безысходно. Кто это? Подойдя ближе, Элина пыталась разглядеть в этом подобии человека прежнюю себя. От укладки и макияжа не осталось ничего, одни лишь воспоминания о вечеринке и веселье. Растрёпанная и вымазанная не то в грязи, не то в саже, она больше походила на бродячую кошку. Покрасневшие глаза и фиолетовый синяк лишь способствовали этому, как и распухшие запястье, где покрылись корочкой раны.
Когда всё успело так поменяться? Когда она стала такой?
Прошло ведь каких-то пару дней. Словно время здесь текло по другому. Как в одном из тех старых фильмов про космос, так пугавших в детстве. Земля двигалась и менялась, а те, кто застрял на орбите, оставались молодыми.
– Любуешься? Нравится?
