Ахани дивился как кора этих деревьев была окольцована множеством полос снизу доверху. Листья же их были высоко-высоко, настолько что рассмотреть их можно было только запрокинув голову. Иногда он так и делал, а потому скорость продвижения падала и Нала терпеливо и со снисхождением ждала,когда ее друг насмотрится на невиданные для него, но родные для нее, деревья.
Прошло полдня ходьбы и Ахани даже привык к такому странному лесу. Но неожиданно Нала резко остановилась, чутко вслушиваясь в окружающие звуки. Юноше было непонятно, что такого могла услышать его проводница. Лес все также жил свое суетной жизнью, благоухал ароматами и терзал слух дикими воплями.
Нала резко опустилась на корточки, приложила ухо к земле. Напряженно посмотрела вперед. Затем вскочила, вновь схватила Ахани за руку и потянула его в заросли, прочь с тропы. Пройдя буквально несколько шагов, дасья огляделась кругом и опустилась на колени, утягивая друга за собой.
Прошло совсем немного времени и на тропе показались люди. Глаза Налы, и без того большие, расширились еще больше от испуга, ладонь плотно легла на губы Аханы. Строго посмотрела на юношу, закрыла свой рот и нос другой ладонью, стараясь не дышать и казалось взглядом призывая ария делать как она.
Ахани смотрел на тропу. По ней быстро продвигались воины, шли цепочкой, друг за другом, насколько позволяла ширина пути. Двигались они почти бесшумно, не переговариваясь. Над головами раскачивались каменные наконечники копий.
Последний из дасов замедлил шаг. Повертел головой по сторонам. Его ноздри раздувались, вдыхая влажный воздух. Казалось, он принюхивается к окружающим запахам, словно неразумное животное.
Ладонь Налы, такая теплая, гладкая и маленькая, мелко задрожала. Ахани губами почувствовал это. Почувствовал страх, обуявший подругу. Ее волнение.
Эти чувства мгновенно передались и ему. Но в нем они изменились. Его, словно горячей волной, накрыло желание защитить такую хрупкую и милую Налы. Сделать так, чтобы она не боялась никогда.
А это значит, что он должен убить этого воина, если он заметит их и захочет причинить ей вред. Потому ладонь легла на потертую рукоятку. Пальцы привычно обхватили стержень, увитый крученой кожей.
Дыхание участилось и юноша почувствовал биение сердца в висках. По телу тоже пошла дрожь, но то была дрожь ярости, тревоги и предвкушения. Во рту и горле пересохло. А в груди, под рубахой, встал странный колючий комок. Он заставлял оцепенеть, покалывал и сковывал движения. Так что даже дыхание не получалось ощутить полной грудью.
Ахани знал, что прогнать комок можно только бросившись в бой, разогнать нерешительное оцепенение, слиться с упоенной яростью. Позволить телу и острому кинжалу жить своей, полной жизнью, дать им волю самим распоряжаться своей судьбой, не смотря ни на какие преграды.
Черные глаза даса встретились взглядом с его. Незнакомый воин понял, что запахи, остановившие его путь, жили в этом месте не зря. Он увидел врага. И на лице его отразилась холодная решимость. Он ринулся на встречу парню, но не успел сделать и шага.
Затрещали ветки. Вниз рухнуло непонятное тело. Ахани даже не успел рассмотреть, что это было, но воин исчез. На то место где он стоял, посыпались листья и обломки веток. Раздался дикий и тихий хрип, а затем шипение.
Блестящий пригорок возник на месте даса. Он двигался и шелестел зелеными и желтыми чешуйками.
— Змея! — тихо сказала Нала.
И тут раздались гортанные окрики. Ушедшие дальше воины, возвращались, потеряв своего товарища. Ахани вздрогнул.
— Бежим, Ахани! — Нала вскочила с земли как испуганная лань.
Дернула за собой друга с такой силой, что у того хрустнуло в плече. Ахани никак не ожидал от девушки такой мощи. Он сорвался за ней, даже до конца не понимая что произошло.
Но они уже бежали. Изо всех сил, со всего духу, Нала увлекала юношу за собой в лес, все дальше от злополучной тропы. Раздвигали огромные влажные листья, огибали бессчетные деревья, съезжали по склонам в овраги и вскарабкивались наверх снова и снова. Утопая по щиколотку в комковатой грязи, цепляясь за режущие пальцы длинные травы.
Прошло немного времени и Нала сбавила темп. Стала забирать правее, чтобы снова выйти на тропинку, но гораздо дальше места их побега
Девушка еще долго прислушивалась к окружающим звукам, а когда убедилась что их не преследуют, то устало повалилась на ближайшую кочку, поросшую мхом. Ахани сел рядом.
Они тяжело дышали, глядя друг на друга. Руки и ноги подрагивали от бешеной гонки. Юноша откупорил бурдючок с водой, протянул его дасье.
— Не двигайся, молодой арий! — раздался негромкий, строгий голос. Подняв взгляд, Ахани увидел острый, дрожащий наконечник стрелы, направленный в его сторону.
Глава 12.
Анхра осторожно коснулась густой белой челки Маруты. Отвела длинную гриву от черных глаз лошади, вгляделась в них.
— Я ненадолго! — еле слышно прошептала девушка. Лошадь повела чутким ухом. Фыркнула, замотала головой, но Анхра мягко гладила ее по скулам, успокаивая.
